— Ты зря его жалеешь. Я, если честно, уже Богу молилась в Тифлисе. И была счастлива, что уехали с Розенами.

— Почему?

— Так он там, пользуясь своим положением любимчика, такую бурную деятельность развёл!

Я посмотрел на Бахадура. Тот уставился на меня честными-пречестными ярко-синими глазами.

— Ты что там творил в Тифлисе? — спросил его.

Он сделал вид, что не понимает сути вопроса.

— Так он тебе и скажет! — усмехнулась Тамара.

— Конечно, не скажет! — улыбнулся я.

— Что молчишь? — Тамара набросилась на Бахадура. — Язык проглотил?

— Тома! Тома! Что ты несёшь? — попытался я урезонить жену.

— Нормально, — отмахнулась Тамара. — Стесняешься? Давай, расскажи о своих похождениях, герой-любовник! Как ты ни одной юбки не пропустил!

Бахадур пошел «в отказ». Сделал вид, что, мол, наговариваете вы на нашу семью, начальник, грех это.

— Ух! — Тамара врезала алжирцу по плечу. — Негодник!

Бахадур еле сдерживался, чтобы не рассмеяться.

— Все! Все! Потом разберёмся, — успокоил я Тамару.

Подходили к дворцу. Сразу увидел барона Розена. Сердце скрутила дикая тоска. Резко постаревший, потерявший всякий интерес к жизни, мой бывший командир сидел на крытой террасе на стуле в обычной шинели, смотрел перед собой невидящим взором. Заметил меня. Чуть улыбнулся.

— Коста!

Мы подошли.

— Здравствуйте, Григорий Владимирович.

— Здравствуйте, здравствуйте. Надо же! Права оказалась ваша ненаглядная! Никто не верил. А она вон встречать вас ходила каждый день. Дождалась!

— Да… Как вы?

Розен горько усмехнулся.

— Думаю, не стоит об этом. Лучше расскажите о себе. Как вы? Надолго ли? Куда дальше?

— Хотел, конечно, подольше побыть здесь с родными. Но вышло предписание. 1 февраля должен быть в Петербурге.

— Его Величество призывают?

— Да.

— Что ж. Видно, наградит. По заслугам. Он умеет награждать, — Розен усмехнулся. — Мы хоть и отошли от дел, но кое-что слышали о ваших подвигах.

Вышла баронесса.

— Лиза! — Розен чуть ожил. — Смотри, кто к нам явился!

Мы с баронессой сухо поздоровались.

— Ты не простынешь? — спросила баронесса мужа.

— Нет. Тут хорошо. Я тут что подумал, душа моя. Косте нужно быть в Петербурге в начале февраля. Так было бы хорошо, если он с нами поехал в Москву. А уж оттуда…

— Да, да, — согласилась баронесса.

— Благодарю за столь щедрое предложение, — я склонил голову. — Но я намерен был забрать с собой и Тамару, и Бахадура.

— Конечно, — удивился барон. — Мы так и полагали. Отличной компанией доедем! Что, решено?

— Да. Мы с удовольствием воспользуемся вашим щедрым предложением!

— Ай, — улыбнулся Розен, махнув рукой. — Эка вы красиво все завернули! По-простому, по-простому. А на Рождество, как я понимаю, по словам Тамары, вы к сестре?