Здесь Васе не повезло. Он поскользнулся, шлепнулся в воду и съехал вниз, как по водной горке в аквапарке. Отряхиваясь и проклиная кавказскую природу, он решил с ручьями завязывать. Снова полез в гору. И чуть не уткнулся в черкеса, приглядывавшего за небольшим стадом коров, которое паслось на полянке.

Васе нужно было держаться правее, но не было никакой возможности. Пришлось обходить поляну по широкой дуге, забирая левее. В итоге, Милов уткнулся в щель, которую прорезала бойкая речушка. Он, было, обрадовался, что проберется ее берегом. Но не тут-то было. Приближающиеся голоса погнали его в обратном направлении от моря. По протоптанной тропинке. По голой серой земле, на которой выступающие из земли корни образовывали причудливые узоры. Мимо странного дуба, имеющего в нижней части два ствола, напоминавших нешироко расставленные ноги. Мелькнула и пропала мысль залезть на верхушку дерева и там затаиться. Нет времени!

Милов выбежал к водопаду. По высокой скале стекала вода, образуя мутную заводь. Вася быстро вскарабкался наверх, цепляясь за густо разросшиеся растения. Голоса приближались.

«Что им здесь нужно?» — удивился русский. От греха подальше он двинулся выше, прячась в кустах. К новому водопаду, который вырывался из черной расщелины в могучих скалах, покрытых мхом и плющом. Чаша под водопадом звала искупаться. Красотища неописуемая. Но Васе было не до любования природой. Он нырнул в темную дыру, пробитую давным-давно неумолимой водой и затаился. Убежище было великолепным. Никому с трезвого ума не придет в голову сюда лезть. И не высмотришь спрятавшегося. Не обнаружишь, пока сам не пролезешь в грот.

Он решил подкрепиться. Развязал узелок Кочениссы и с удовольствием вгрызся в кружок адыгейского сыра, заедая его пшенной пастой, которая у черкесов заменяла хлеб[1]. Напился вкуснейшей родниковой воды. И приготовился ждать. На всякий случай, решил снова попробовать натянуть новые чувяки. Мокрые, они легко сели на ногу. Старые уже давно просили каши. Того гляди развалятся на бегу.

Шло время. Вася нервничал. Наверняка, его побег давно обнаружили. И он хорошо понимал, что может быть погоня. По слову столь уважаемого в ауле человека, как Исмал-ок, за русским отправят конные патрули.

Но есть ли выбор? Нужно двигаться к Михайловскому укреплению. Только там русский окажется в безопасности. Вася вздохнул и полез наружу. Его бесило, что вместо того, чтобы засветло приблизиться к морю, он от него удалился.

Добрался до полянки с черкесом и коровами. Ни о чем не подозревающий горец собирался домой. Весело напевая, он погнал стадо. Вася двинулся за ним, скрываясь в траве и кустах. Так и добрался до аула, с трудом узнав в нем тот, куда его привез Хуци с товарищем. Выходит, он почти добрался до русского форта в прошлый раз?