И гусь у Карлы — тоже Тобасова идея. Мол, слабо? А потом этот гусь ушел к Тобасу на стол, Рею перепал жалкий кусочек крыла, и то только потому, что Тобас был в хорошем настроении и в него больше не лезло. А Рей еще и благодарил… Вот это, пожалуй, самое неприятное воспоминание из всех, что успели всплыть.

— Слушай, Рей, — Тобас чуть сменил тон, и в голосе появилось что-то притворно-серьезное, — Ты ведь помнишь, что должен мне?

— Это смотря что ты имеешь в виду, — осторожно произнес я.

— Не надо так смотреть, будто первый раз слышишь! — Тобас сделал шаг вперед, — Мы договаривались. Ты обещал помочь перенести кое-какие вещи от амбара. Неделю назад обещал, между прочим.

Вот как, значит, и такие долги тоже есть. Судя по тому, что я успел узнать о Рее, список обещаний у него был длинный и регулярно пополнялся, особенно когда Тобас обещал в ответ что-то хорошее.

— Обещание надо выполнять, — продолжил Тобас, и голос стал чуть тверже, — Или ты думаешь, что слово ничего не стоит? Это некрасиво, Рей. Некрасиво и неправильно. Человек сказал — человек сделал, понимаешь?

Это было сказано так уверенно, так весомо, что человек со стороны запросто мог бы решить, что Тобас произносит великую истину. Рыжий при этом важно кивнул, будто поддерживает глубокую философскую мысль.

— Ты же не хочешь, чтобы о тебе говорили как о человеке, который слова не держит? — Тобас развел руками, — Тем более, у тебя и так репутация не ахти.

Последнее было произнесено с сочувственной интонацией, которая хуже любой откровенной грубости.

— Слушай, Тобас, — произнес я спокойно и ровно, — Ты сейчас очень убедительно рассказываешь про обещания. Прямо заслушаться можно. Вот только я сейчас занят, у меня работа.

— Какая еще работа? — фыркнул рыжий.

— Как и всегда, помогать Хоргу, — я слегка пожал плечами, — Мы кладем печь и надо закончить с ней в срок.

Тобас прищурился, длинный переглянулся с рыжим, а молчун по-прежнему молчал.

— Печь, — повторил Тобас, — Так Хорг ведь в запое. Или он руководит, а ты сам кладешь кирпичи? Кто тебе такое вообще доверит, у тебя же руки из задницы растут!

— Сам. — решил никак не реагировать на подколки, ведь ему именно это и надо.

Правда судя по выражению его лица, в это верилось примерно так же, как в то, что рыба однажды выйдет из реки и пойдет гулять по деревне.

— Ну давай, — произнес он наконец, явно растерявшись и не придумав, как еще меня подколоть — Иди строй свою печь, Рей. А потом все равно придешь, никуда не денешься.

Он развернулся и зашагал прочь, его компания потянулась следом. Я же смотрел им вслед и думал про гуся. Про кусочек крыла, который достался Рею как награда за чужой риск. Про обещание сделать его большим начальником при будущем старосте.