Город жил своей шумной, беспечной жизнью и не заметил моего трёхдневного отсутствия. Никто не бросал на меня удивлённых взглядов, не указывал пальцем. Торговцы по-прежнему зазывали покупателей, носильщики таскали тюки, а у колодца собирались сплетницы. Я был просто ещё одним прохожим в толпе, и это было хорошо.

Внутренне я отмечал каждую деталь: крик торговца рыбой; взгляд стражника, лениво скользящего по толпе; группу молодых практиков в дорогих одеждах, громко обсуждавших что-то у входа в чайную. Раньше это был бы просто фон. Теперь моё сознание, настроенное на поиск угроз и возможностей, автоматически анализировало обстановку, но без лишнего напряжения. Я не заставлял его это делать — оно просто работало.

Лавка «Нефритовый Феникс» была всё также прохладна и тиха. Мастер Ли, увидев меня, лишь слегка приподнял бровь, его взгляд на мгновение задержался на моей фигуре, будто оценивая нечто, невидимое для других.

— Рад, что ты вернулся, — сухо бросил он, протягивая деревянный футляр с «Отваром спокойного сердца». — Хотя, я думал, увидеть тебя раньше.

— Прошу прощения, почтенный. Непредвиденные обстоятельства, — вежливо поклонился я, принимая футляр и чувствуя исходящую от него плотную, умиротворяющую энергию.

— Обстоятельства имеют привычку повторяться, если дать им шанс, — многозначительно произнёс он, возвращаясь к своим свиткам. — И смотри под ноги. Мостовые после дождя часто скользкие.

Его предупреждение было понятно. Цзинь Тао обо мне не забудет.

Дорога домой была в этот день очень долгой. Я не боялся новой засады. Наоборот, я даже немного хотел, чтобы кто-то появился. Всё-таки я не смог полностью избавиться от гнева. Часть меня, та самая, что нашла точку спокойствия, холодно анализировала каждую потенциальную позицию для нападения, каждого подозрительного прохожего. Но за всё время пути на меня никто не напал. Видимо, одного урока, по их мнению, было достаточно.

Я толкнул дверь дома.

— Братик!

А Лань, как всегда, бросилась ко мне, но на полпути замерла, уставившись на меня со смесью радости и непонятной опаски.

— Ты в порядке? Мы так волновались! Прошло три дня!

— Всё хорошо, сестрёнка, — я улыбнулся, и на этот раз улыбка получилась более естественной. — Учитель дал сложное задание. Пришлось задержаться. — Я протянул ей футляр. — А это для мамы. Одно из лучших лекарств от её недуга в нашем городе.

Из-за ширмы послышался слабый голос:

— Сынок? Это ты?

Я прошёл внутрь. Мать сидела на циновке, укутавшись в одеяло. Лицо было бледным, но глаза внимательно осматривали меня. Так же, как до этого мастер Ли.