Он не нападал, и я в изумлении чуть опустил оружие.

— Чего ты ждёшь⁈ — полузадушенно прошипела ритесса, забыв о всякой вежливости и перейдя на «ты». — Бей скорее, пока он не выпутался!

И я ударил. Шея у него оказалась слишком толста и крепка для моего клинка. Голова не упала. Но из раны хлынул ихор — тёмно-серый, густой и едкий. Тело вздрогнуло, словно приходя в себя от спячки, лапа начала подниматься. Я взялся за Вампира двумя руками, отрубил правую лапу у локтя и всадил остриё под подбородок, целясь куда-то в глубину черепа, ощущая сопротивление кости.

Муравьиный солдат заскрипел и стал заваливаться назад, едва не вырвав из моих ладоней оружие.

— Уф! — сказал я. Чтобы вы понимали. Прикончить такую гадину моей зубочисткой — это всё равно что прибить тигра штыком. То есть совершенно возможно при должной удаче, но вопрос лишь в том, насколько ты останешься целым после подобного безумия. Моя же удача сегодня просто не знала себе равных. — Что вы сделали?

— Поразила красотой. — Она выплюнула руну на ладонь, и я заметил, как вокруг артефакта чуть подрагивает растревоженный воздух. Увидев, что я не понимаю, пояснила:

— В буквальном смысле, так называется заклинание — «Поражение красотой». Удивительно, что оно сработало, наверное, потому, что он всё же больше гуманоид, а не животное. Но я его едва смогла связать. Если бы вы промедлили пару секунд, то он бы освободился.

— Мы вроде теперь на «ты», ритесса.

— Простите мои манеры, Раус. Я несколько ошеломлена произошедшим и нарушила правила приличия.

— Это был не укор. Я серьёзно. Коли вам удобно. — Я вытер первую треть фамильного клинка о шкуру твари.

Она не слишком-то воодушевилась, но кивнула с некоторым сомнением, полагая, что я не представляю, на что соглашаюсь. Затем опустила руку в карман и вытащила колбу с цветком, показывая мне. Солнцесвет стремительно терял яркие краски, скукоживался, чернея.

— Я пуста. На шестиугольнике ещё одна точка, но пришлось забрать из цветка последнее, чтобы удержать это чудовище.

У неё немного дрожали пальцы.

— Вы и так сделали много. Спасибо. А теперь давайте поторопимся.

Но в здании больше никого не было. Я испытывал разочарование, злость, а ещё понимал, что пора прорываться к своим, пока не появился очередной муравьиный солдат. О том, чтобы искать Оделию дальше — не могло быть и речи.

Мы вышли на улицу.

И тогда-то увидели человека, бродящего среди мертвецов. Он был высоким, почти восемь футов. Даже тощим на первый взгляд. Такое впечатление создавалось из-за роста, сутулости, узких острых плеч и странноватой чуть вытянутой, казавшейся непомерно крупной головы.