— Возможно, моя очаровательная рожа сыграла важную роль в примирении. Ты только посмотри на меня. Разве я могу быть плохим человеком? Ритесса это поняла и тут же сняла с нас своё волшебство.

Он действительно очень внимательно и серьёзно посмотрел.

— Спасибо.

Я кашлянул в кулак, ощущая неловкость. Знал, за что он благодарит. Если бы всё обернулось не так, если бы Жан и Манишка не успели, я бы выстрелил. Вопрос секунд. И оттого, что это не случилось, я испытывал глубокую радость. Проклятущее счастье. Не потому, что я симпатизировал Колченогому — мы не друзья и даже не товарищи. И не потому, что я не убил человека — мне приходится делать это время от времени с людьми, которые хотят сделать то же самое со мной.

Просто хладнокровный палач — не моё призвание.

Голова, шедший вместе с Болоховым, остановился, дожидаясь нас, сразу заработав косой взгляд от росса.

— Мне не нравится, что мы уходим всё дальше.

— Она из Чаек. Думаешь, так легко проигнорировать её просьбу о помощи?

Хороший благородный Дом. Один из восьми влиятельных, наряду с теми же Пеликанами. Здесь мы выходим на тонкий лёд отношений, долгов, обязательств, услуг и выгодных союзов между благородными семьями. И Голову можно понять. В том смысле, что ссориться из-за «пустяков» без причины недальновидно. Не знаю внутренних договоров между Чайками и Пеликанами. Лично мой род хоть и благороден, но за века столь измельчал, что мы стали очень далеки от больших игр возле престола лорда-командующего.

Я улыбнулся россу, вновь обернувшемуся через плечо. Он нахмурился пуще прежнего. Странно. Всегда считал, что моё обаяние не знает границ. Голове я сказал:

— Подытожим. Она, как и Болохов, почувствовала Перламутрового колдуна. Его нельзя не почувствовать, их магия для других ветвей как ведро валерианы для городских кошек.

— Скорее, как землетрясение.

— Не суть. Она сунулась сюда и наткнулась на несколько групп агрессивных незнакомцев. Одна из них — те нехорошие ребята, что хотели прикончить меня, когда сочли, что я из её команды. Ритесса смогла убить их всех, но потеряла и своих людей, кроме нашего неулыбчивого друга.

— Всё так.

— И теперь ей нужна помощь, но она не желает давать объяснения. И ведёт нас непонятно куда.

— Именно.

Иногда флегматичное спокойствие Тима начинает раздражать даже такого дружелюбного человека, как ваш покорный слуга.

— А с Болоховым она о чём говорила?

— Без понятия. Она общается с ним на росском.

Его бульдожья морда выглядела столь же безупречно, как гранитная глыба.

— Дама попросила о помощи, и мы, как достойные жители Айурэ, не можем оставить её в беде, но хочу заметить, что всё это сомнительно. Откуда она вообще здесь появилась?