- Боже какую муть приходится мне выслушивать сейчас! – с тоской думал я, - неужели этот напыщенный индюк так никогда и не заткнётся? И за, что мне всё это? Попасть почти на два столетия назад, чтобы оказаться в подчинении у этого болвана! Самовлюблённого болвана!
Наконец господин Закс завершил воспоминания о своём пути в медицинской науке. Откашлявшись, он посмотрел на меня строгим взглядом и произнёс:
- Если мне не изменяет память вы учились в Харькове?
- Совершенно верно господин Закс.
- Но почему именно Харьков?
- Там имеется кафедра психиатрии. В тамошнем университете.
- Вы учились у этого как его, забыл его фамилию. Если вас не затруднит напомните мне её.
- У Бутковского.
-Бутковского? Хм. Вполне достойный господин, - и прервавшись, Закс начал барабанить по столу, - достойный. Хотя у него имеются и некоторые завиральные идеи.
- А какие его идеи вы считаете завиральными? – спросил я Закса довольно непочтительным тоном.
- Хм. Какие? Ну хотя бы его ничем не обоснованную гипотезу, о том, что душевные болезни суть болезни головного мозга.
- А разве это не так? – с удивлением в голосе спросил я.
Закс посмотрел на меня с сожалением во взоре.
- Как вижу вы совершенно не читали труды почтеннейшего профессора Хейнрота.
- Я читал их, - произнёс я, - вспомнив руководство Хейнрота, которое я обнаружил сегодня с утром, руководство на полях страниц которого имелась масса пометок, очевидно принадлежавших, тому, настоящему Волкову.
- Внимательно читали?
- Очень внимательно.
Закс пожевал губами, помолчал и наконец произнёс:
- Но тогда вы, очевидно, не сумели постичь всю глубину мыслей, моего гениального учителя.
В ответ я лишь пожал плечами. В действительности я имел самое смутное представление (если имел его вообще) о чём там писал в своём опусе «гениальный» учитель моего директора. Но понятно, что сказать об этом прямо было решительно невозможно.
- Возможно, господин Закс, возможно, что я не сумел оценить всю глубину мыслей вашего учителя, - сказал я ему.
- Мой учитель, - произнёс важным голосом Закс, - открыл то, что любая душевная болезнь есть ни, что иное как свободный выбор души в пользу небытия и зла. Понимаете, герр Волков, свободный! Душевные болезни есть не, что иное, как разросшиеся до чудовищных размеров греховные страсти человеческой души. Обуреваемая подобными страстями душа, разрывает свою связь с божественным и ниспадает в область мрака, а этот мрак и есть безумие во всех его многообразных проявлениях. Это основа основ! Утрата самого себя, своего рассудка в следствии себялюбия! Эгоизма и гордыни!