— Ваше высокопревосходительство, мы с господином Скаммо намерены подать патентные заявки на эти изобретения, причем с оговоркой, что Министерству путей сообщения Российской империи будет предоставлено право пользования бесплатно.

— Это весьма патриотично, господа, отрадно видеть такое рвение к процветанию Отечества у молодых инженеров, — поднял брови Хилков. — Однако, обнадеживать вас не буду, бюджет министерства не позволяет сейчас сколько-нибудь затратных экспериментов. Поступим так… оставьте мне чертежи и записки, в ближайшее время я постараюсь приватно переговорить с министром финансов, господином Витте. Если удастся его заинтересовать, а он весьма радеет о скорейшей достройке Великого Сибирского пути, то возможно — возможно, господа! будет решение об испытании машины. Кстати, я бы рекомендовал вам съездить на строительство Китайской или Забайкальской дороги и определиться на месте. Со своей стороны, я обещаю в такой поездке всяческое содействие. А сцепку для начала должен оценить технический комитет министерства, но вы и сами понимаете, что внедрение потребует больших затрат ввиду переоборудования большого числа вагонов, хотя бы в пределах одной дороги, — министр пожал нам руки, давая понять, что аудиенция закончена.

На набережную мы вышли несколько обескураженные и двинулись пешочком по Вознесенскому проспекту в гостиницу, где меня дожидался ответ от Болдырева — он просил дать знать, смогу ли я быть вечером в ресторане «Доминик», куда он меня приглашает.

Я смог — Собко отправился визитировать друга, устроившего нам прием, так что я остался один и прогулялся по летнему Питеру от нашей «Англии», впоследствии того самого «Англетера», до Невского.

Метрдотель провел меня мимо буфета, оборудованного здешней «микроволновкой» — медной водяной баней на газу, в которой разогревали блюда, ледником с холодными закусками и ванной с двумя бочонками пива, в зал к столику, за которым уже сидел Болдырев, с коим мы сердечно обнялись. Вот ведь, вижу человека второй раз в жизни, а уже как родной, бывает такая мгновенная комплементарность, правда, редко.

— Лавр Максимович, рад вас видеть в добром здравии. А куда пропали звездочки с ваших погон?

— В марте произведен в есаулы по выслуге лет.

— О, поздравляю!

Метр нас покинул, вместо него немедленно материализовался официант в белом сюртуке, я отдал инициативу Болдыреву — он тут завсегдатай, пусть и выбирает. Кухня оказалась вполне русская, щи-борщи, каша, печеный бараний бок и так далее. Стол накрыли споро и мы подняли первый тост — за встречу.