Девчонки дожидались, наверное, именно подобной ситуации. То есть с каждой стороны прохода находилось по рейнджеру, а ещё один был в самом проходе, и был лишён возможности полноценно участвовать в столкновениях, которые происходили с обоих сторон.

В общем я увидел, что силуэт рейнджера в проходе подсветился вдруг ярким пламенем.

Это Лиза взялась за дело.

А с этой стороны по обоим рейнджерам дружно ударили излучатели моих гвардейцев.

Истер пристально смотрела на того, что пытался всё-таки пролезть к нам.

Результат не замедлил сказаться.

Бедняга в последний момент споткнулся, и растянулся на металлическом полу около своего товарища, который в этот момент посылал импульс за импульсом в сторону моих гвардейцев.

Я счёл наконец, что это подходящий момент для того, чтобы попытаться разделаться с обоими агрессорами.

Я без замаха кинул два сюрикена подряд — по одному для каждого оппонента.

Сюрикены ударились о поля отчуждения доспехов этих ребят и со звоном упали на пол.

Но на этом моя атака не закончилась. Сюрикены, на которых уже никто не обращал внимания, вдруг потекли двумя серебристыми струйками по полу к рейнджерам, и, достигнув подошв их обуви, почти мгновенно впитались в них.

Перед нанитами стояла задача отключить поля отчуждения. И они, судя по тому, что очередной выстрел со стороны моих гвардейцев влип в грудную пластину штурмового доспеха агрессора, справились. Другое дело, что хитрое напыление на защитных пластинах защитило нашего противника.

Но, с исчезновением поля рейнджер стал уязвим перед планируемой мною атакой.

Увидев, что поля нет, я скомандовал Алевтине, чтобы она устроила тут маленькую грозу.

И Забелина не подкачала! Гроза у неё получилась совсем не маленькая. Две минуты бушевали сиреневые молнии, заставляя наших оппонентов конвульсивно дёргаться.

Когда пляска электрических разрядов завершилась, на полу лежали две неподвижные фигуры, из сочленений доспехов которых поднимались ленивые струйки дыма, да по потемневшей броне изредка проскакивали искорки.

— Кажется получилось, — неуверенно сказала Алевтина, вопросительно глядя на меня.

— Получилось, — успокоил я девушку, — эти не опасны. Стойте на месте, я посмотрю, как там их третий друг себя чувствует… — и осторожно пошел к дыре.

На той стороне всё было нормально. То есть Кирилл с девушками уже спустились вниз, а в уголке лежало то, что когда-то было рейнджером.

Это была неаппетитная куча изъеденных какой-то ржою металлических пластин, из-под которых проглядывали почерневшие кости. Всё это было обильно покрыто сажей.