Этот подвиг стоил мне не мало. Помимо того, что я не выспался, я ещё и серьёзно истощил свои энергетические ресурсы.

То, что я опустошил несколько энергетических кристаллов, проблему решило только частично.

А потому сейчас был зверски голоден.

Нет, всё это хорошо. Запредельные нагрузки заставляют каналы, по которым струится мана, повышать свою пропускную способность, да и мой внутренний энергетический резервуар после подобных превозмоганий заметно увеличивается…

Но, Боже праведный, как же мне хреново то.

А ведь ещё надо источник воды организовать.

Господи, я же сдохну, как есть, сдохну…

Но, в любом случае, сначала надо набить брюшко, переварить проглоченное, а только уж потом опять приступать к совершению запланированных подвигов.

— Истер, — крикнул я умирающим голосом, и в процессе этого ощутил, что, вдобавок ко всему, слизистая у меня пересохла, и вообще, ощущение во рту, словно там кошки нагадили. Саблезубые. Пить не пил, а похмелье — вот оно…

Но, каким бы тихим ни был мой крик, подруга его услышала, и даже среагировала. Она заглянула в палатку и и интересом посмотрела на мою страдальческую физиономию.

— Ну, вставай уже, — у неё настроение было заметно лучше моего. Ну, она то, по сравнению со мной, всё-таки, выспалась… — всё на свете проспишь.

Я же, вместо того, чтобы начать подниматься, решил ещё потянуть время. Уж очень не хотелось моему организму принимать вертикальное положение. Горизонтальное его устраивало, более, чем полностью:

— Надеюсь, пока я спал, никто не пытался выйти за пределы лагеря? — вопрос, конечно, в текущей ситуации совершенно бестолковый, так как если я не сделаю в стене проход, то никто и не выйдет.

— Не волнуйся, — хмыкнула она, — все сидят тут, — она вдруг строго посмотрела на меня, — а у нас кто-то обещал водой нас всех обеспечить, не помнишь? А то воды-то у нас осталось ровно на сутки, — взгляд её стал ещё строже, — это при условии, что мы не будем умываться.

— Будет, будет вам и вода, — вздохнул я, — дайте срок, будет вам не только вода, а будет вам и ванна, и кофе, и какава с чаем, — эти слова всплыли в моей памяти совершенно самопроизвольно, — только дайте сначала пожрать…

— Фи, — подруга сморщила носик, — как некультурно. Не жрать, а есть!

— Ну ладно, дайте мне еды, — согласился я, — и я её буду есть быстро-быстро, — и добавил чуть погодя, — почти, как жрать…

— Тогда вставай, — строгий голос подруги намекал на то, что если я хочу есть, то до еды надо будет топать своими ножками.

— А завтрак в постель? — я с робкой надеждой воззрился на непреклонное лицо Истер, — романтический такой?