Варя в шоке застыла, зажав рот, чтобы не кричать, не зная, что ей делать, пока поднявшийся песок не начал бить в лицо, царапая кожу. Тогда она, вспомнив о надвигающейся буре, выбралась из своего укрытия и доковыляла до лагеря. Похитители так торопились, что оставили все вещи, а также не стали доставать застрявший в колючках нож, который Варя с трудом, но добыла, обмотав руку рубашкой Ивенгила. Нож был без каких-то самоцветов на ручке, с обычными кожаными ножнами, и, вероятно, поэтому не заинтересовал тех людей. Ивенгил не был принцем или кем-то, кто должен показывать свой статус. Обычный воин.
Налетевший ветер чуть не сбил с ног, так что, собрав разбегающиеся мысли, Варя подхватила всё, вернулась в «змеиную расщелину» и успела накрыться плащом и забиться под остатки вырубленной растительности. На голову она надела рубашку, чтобы дышать через неё и не доставать Сахару из волос: видела, что как-то так делают искатели приключений и всякие бедуины в фильмах. Это оказалось не лишним, так как мелкая пыль оказалась практически везде.
Под завывания злого ветра Варя раздумывала о том, что делать, успокаивая себя тем, что похитители не хотели убивать эльфов, а явно увезли их в какое-то безопасное место прочь от бури. Да, они сделали это неаккуратно, но у них не было повозок, а сидеть сам в седле Ивенгил точно не мог. Ивенгилу точно окажут первую помощь. А Дэльма… Она же суперагент и тоже должна что-то придумать, как-то выкрутиться. В конце концов, она красавица-эльфийка, наследница Ша, умеет говорить на любом языке, а это уже немало. Вряд ли кто-то осмелится что-то ей сделать прямо сразу, а потом она отойдёт после магического истощения и… покажет свои навыки. А Варя сможет найти их по направлению наруча. Она дождётся окончания бури и отправится в Омаан, попробует найти следы похитителей и связаться со своими. Их же тоже ищут, так что… Она не одинока. Своих не бросают.
Незаметно для себя Варя уснула, слишком уставшая и вымотанная всеми произошедшими событиями этого невероятно длинного дня.
Омаан издалека походил на огромный палаточный лагерь фольклорного фестиваля, который проводили возле Екатеринбурга. Однажды Варя была на таком с мамой и её подругой, которая на тот момент встречалась с одним мужчиной-музыкантом. Дядя Доброслав выступал на сцене со своей песней, ему выдали специальные пропуска-приглашения для «группы поддержки», так что он позвал их и привёз на своей машине-микроавтобусе.
Варя хорошо запомнила бесконечную поляну разноцветных палаток разных размеров. Какие-то оказались организаторские, с эмблемами фестиваля, для участников, кто-то привозил свои палатки, и им указывали места для кемпингов. В палаточном лагере, отнесённом чуть в сторону от места гуляний и проведения фестиваля, имелись «улицы», номера участков, и даже при размерах в несколько гектаров оказалось сложно заблудиться в «жилом районе», если помнишь «адрес».