— Тогда ничем не могу помочь.

— Ясно, когда убьют, тогда и приходите, — гневно сказала я, поднимаясь. — Хваленое южное лицемерие! Мы не дадим женщинам никаких прав, только обязанности, пусть будут рабынями. А помрет — так сироток много, найдем еще.

— Подождите, не стоит так переживать. Вы не в самом плохом положении, — попытался утешить меня этот болван. — Вы не голодаете, не ходите в обносках, не просите милостыню, не продаетесь за медяки. У вашего сына есть будущее. А что до господина Хмельного, я с ним проведу беседу. Обещаю. Ну не имеем мы права в семейные дела лезть, это не наше дело!

— Ну да, а он сломает мне шею после вашего визита.

— У меня есть идея, — Туманов вдруг заулыбался. Идиот несчастный, ничего он не понимает! Его бы на мое место на пару дней, смог бы он тогда улыбаться? — Послушайте, ваш муж пьет?

— Конечно. Стакан пива за ужином.

— Алкоголь на него влияет? Какой он, буйный или, наоборот, спокойный?

— Спит он, если напьется, — припомнила я. — Так ведь стакан пива для него ни о чем.

— А вы хитростью его поите. Скажите: дорогой, пиво, кажется, стухло. Или: ой, на дне кувшина осталось, допей. Так он быстро заснет и вас меньше тревожить будет.

Хм. А он дело говорит! План хорош, его несложно осуществить. Но вообще я бы предпочла решить этот вопрос по закону: например, через развод и раздел имущества. Да я столько в этом кабаке вкалываю, что мне не меньше половины полагается!

— Благодарю, — кивнула я Туманову. — Не уверена, что так поступлю, но все равно спасибо.

У выхода из полиции меня окликнул незнакомец, худой юноша с кудрявыми волосами, длинным носом и живой улыбкой.

— Госпожа Хмельная, позвольте я вас провожу.

— Не позволю, — ответила я. — Иначе мой супруг меня вовсе убьет, а мне нельзя умирать, августу нужна мама.

— Именно об этом я и хочу с вами поговорить. Меня зовут Матвей Ковальчик, я — ювелир-артефактор.

Интересным человеком оказался этот Ковальчик. Он сказал, что случайно подслушал разговор и может мне помочь. Есть у него амулет, который усилит склонность Хмельного к пьянству. Да, конечно, это запретная магия, о таком кому попало не говорят, но у Ковальчика жена и дочь, он как представил, что на его девочек кто-то руку поднял… Дорого, конечно, шесть золотых. Но зато результат гарантирован.

Никаких шести золотых у меня не было и быть не могло никогда. Но я задумалась.

Вернувшись домой, я сунула нос в кувшин пива и пробормотала:

— Пахнет странно. Скисло, что ли?

— Дай сюда, дура, — тут же подскочил муж. — Ну, налей, я попробую.

Выдул стакан и крякнул:

— Нормальное пиво.