Автор: Валерия Дархан, Thalamocele
Глава 1. Кровь подтверждена
Автобус до Погоста шёл так, будто сам не верил в расписание.
Маргарита Сергеевна сидела у окна, прижимая к коленям старую кожаную сумку с документами, зарядкой, аптечкой и пачкой влажных салфеток, которые она всегда покупала перед дорогой и почти никогда не использовала. За стеклом тянулись мокрые поля, серые заборы, низкие дома, грязноватый июньский свет. После Гатчины дорога стала уже, автобус начал вздрагивать на выбоинах, и каждый такой толчок отдавался в её зубах коротким металлическим звоном.
Она не спала почти всю ночь. В Петербурге, перед отъездом, снова переслушивала старую запись: голос Клавдии Сергеевны, дальней родственницы по отцовской линии, которую в семье называли тёткой и которую она видела вживую, кажется, два раза в детстве и один раз взрослой, когда та внезапно приехала на поминки. Эта запись была сделана на телефон два года назад, задолго до последнего диктофонного файла. Клавдия Сергеевна тогда говорила тихо, с помехами, и Маргарита, как дура, прогнала файл через рабочую программу, почистила шум, подняла средние частоты, вытащила дыхание. После чистки голос стал ближе. Слишком близко.
«Когда меня не станет, приедешь. Не тяни. Там быстро принимают».
Она решила, что старая женщина говорила о наследстве. О документах. О сельской администрации, которая всё забудет, потеряет, перепутает. О доме, который надо успеть закрыть, пока местные не растащили из него мебель, провода, банки и всё, что можно было выкрутить.
Водитель посмотрел на неё в зеркало, когда автобус свернул с шоссе.
- Вам до Погоста?
- Да.
- Обратно билет брать будете?
Маргарита подняла глаза.
- А надо сразу?
- Да нет, - сказал он. - Просто спрашиваю. У нас статистика.
На заднем сиденье кто-то тихо хмыкнул. Не зло, не смешно, будто услышал привычную фразу. Маргарита хотела уточнить, какую ещё статистику ведут в автобусе с облезлыми сиденьями и трещиной на лобовом стекле, но водитель уже затормозил у остановки: ржавый навес, доска объявлений под мутным пластиком, скамейка, два мокрых окурка в песке.
Погост встретил её запахом воды, травы и старых печных труб. Деревня оказалась меньше, чем казалась на карте. Несколько улиц, дома в одну сторону, низина к другой, где за кустами угадывалась река. Дорога после дождя блестела так, будто её вымазали серым салом. На обочине стоял мальчишка в красной куртке и ел мороженое, глядя на Маргариту без детского любопытства. Как на человека, которого уже обсуждали взрослые.
Дом Клавдии Сергеевны стоял в конце улицы, за кривым забором. Одноэтажный, тёмный, с облупленной верандой и яблоней, которая росла слишком близко к стене. Маргарита узнала его по фотографии из документов, хотя вживую дом выглядел ниже и старше. На калитке висел новый замок, присланный ей вместе с ключами нотариусом. Ключи были тяжёлые, из разных времён: один современный, плоский; второй толстый, с бородкой; третий маленький, почти игрушечный, на котором проступила зелёная медь.