Интересно, все головорезы женского рода могут использовать в своей речи слово «эксцентричный»? Какие тайны Карин скрывает в своем прошлом?

Я надел сапоги и мы поспешили на конюшню, где оставили своих лошадей. С конягами было все в порядке, их почистили и накормили.

В конюшне я заметил, что Карин морщилась от боли, забрасывая седло на спину своей лошади и затягивая подпруги, но от предложенной мною помощи она отказалась.

— В тот день, когда мне понадобиться твоя помощь чтобы оседлать лошадь, можешь начинать писать мой некролог, красавчик, — отрезала она и стремительно запрыгнула в седло.

— Как скажете, — пробормотал я.

С конюхом я расплатился еще вчера вечером, а Карин забрала из гостиницы все наши вещи, так что ничто не задерживало нас в этой деревеньке, и мы отправились в путь. Когда поселение исчезло из поля видимости, Карин снова потребовала от меня объяснений утренним событиям. Мне не хотелось оказаться битым собственным телохранителем, и я решил рассказать ей правду. По крайней мере, ту ее часть, которая касалась моих провалов в памяти.

— Только сначала расскажите, что вы видели этим утром, — попросил я.

— На рассвете ты вскочил с кровати и бросился на улицу, — сообщила она. — Я проснулась от того, что ты об меня споткнулся, и решила посмотреть, все ли с тобой будет в порядке. Ты выбежал на улицу, даже не надев сапог, и устремился к колокольне. Похоже было, что ты решил на нее взобраться, на самый верх, к колоколам, но почему-то собирался сделать это по внешней стене, игнорируя наличие внутренней лестницы. Чего ты на самом деле добивался от этой колокольни, красавчик?

— А какое у меня было выражение лица?

— Абсолютно дикое, — сказала она. — Было похоже, что тебя нет внутри твоей головы, но не создавалось впечатление, что там присутствует кто-то другой. Скорее, она была абсолютно пуста.

— Значит, это была колокольня?

— А ты не знал?

— Э… Когда я вернулся в свою голову, мне было не до рассматривания архитектурных подробностей. А когда я проснулся, колокола били?

— Точно, красавчик. Тебя возбуждает колокольный звон?

— На самом деле, это довольно запутанная история, — сказал я.

— Попробуй меня удивить.

— Видите ли, для того, чтобы объяснить, что со мной происходит, я должен сначала рассказать, чем зарабатываю на хлеб. Я — чародей.

— Я знаю.

— Откуда? — удивился я. Не помню, чтобы рассказывал ей о своей профессии. — Опять прочитали по глазам?

— На этот раз — по рукам, красавчик.

Я уставился на свои руки. Вроде бы ничего необычного. По пять пальцев на каждой, колец и перстней нет…