По моим губам пробежала холодная ухмылка.

— Были, — поправил я.

Барон вопросительно приподнял правую бровь.

— После осады Золотой Гавани, главные торговцы на континенте вряд ли испытывают теплые чувства в отношении перворожденных, — объяснил Бернард, поучаствовавший в той заварушке вместе со мной.

— Вот именно, — подтвердил я. — Скорее всего торговля на какое-то время заглохла. Правда не думаю, что надолго. Вряд ли купцы захотят терять прибыль, тая обиды на ушастых предателей.

— Торгаши, — сплюнул Дилон. — Ни чести, благородства, ни чувства собственного достоинства. За монеты готовы простить что угодно.

Я слегка улыбнулся.

— Такова их натура. Честь и благородство мешает получению барышей.

По лицу Хастлингера скользнула едва заметная тень. Как политик он понимал важность компромиссов в общении, и в отличие от приятелей-головорезов допускал необходимость прийти к консенсусу с бывшим врагом для возобновления взаимовыгодного сотрудничества.

Я еще раз улыбнулся, на этот раз мысленно, потому что без труда догадался, о чем думал мой новообретенный вассал.

Развивать тему о жизненных принципах коммерсантов не стали. Вместо этого обратили взор на сам город.

Многие постройки Валенсбурга имели классические черты ансаларской архитектуры. Устремление ввысь, обилие прямых углов и острых граней, строгие четкие формы. Высотные многоэтажные дома были выстроены из больших черных гранитных блоков.

Наследие павшей империи.

— Красиво, — промолвил я, комментируя центр с сохранившейся застройкой времен владычества Древней Знати.

— На фоне темных строений остальное выглядит нелепой поделкой, — ворчливо отозвался Бернард. — Зачем испортили вид этими халупами?

— Потому что все хотят жить под крышей, уважаемый капитан, — в свою очередь вежливо откликнулся Хастлингер. — После расцвета речного судоходства население города существенно выросло.

— В старые времена предпочитали использовать сухопутные пути по имперским трактам, — не преминул вставить слово я. — Неудивительно, что здесь раньше жило намного меньше народу.

Барон Дилон нетерпеливо заерзал в седле. Человек действия, его больше волновал нынешний статус объекта предстоящего нападения, чем исторический экскурс в никому не нужное прошлое.

— Так что будем делать? Может попробуем взять ворота с наскока?

Отгарт достал из-за пояса увеличительную трубу, еще один привет от технически развитого подгорного племени.

— Солдат немного, створки распахнуты настежь, — сообщил он спустя минуту напряженного наблюдения.

Затем как будто спохватившись с легким поклоном передал устройство мне на вытянутой руке.