– Бедная маленькая кнопочка! – воспользовавшись паузой в речи доцента, парикмахер подавил зевок и запел:
– Нажмешь на кнопки на груди милашки, И в небо взмоет пара чудо-облаков, Прекрасных ядерных грибков. Произойдет все быстро, вмиг, Не видел раньше кнопочек таких…
– Цыц! – одернул Хагуро развеселившегося парикмахера, не сводя при этом взгляда с Дзюитиро, который, казалось, собирался открыть рот. Но слов у того пока не находилось.
Воцарилась тишина, словно в старой гостиной не было людей. Впрочем, здесь действительно не было ни одного человека.
На улице уже стемнело, и свет ламп в гостиной мозаичным узором отражался в оконном стекле, а тени троих гостей на выцветших обоях напоминали больших неподвижных скрюченных птиц.
– То, что вы говорите, верно. Как ни печально это признавать, люди ведут себя именно так.
– Что?! Значит, вы со мной согласны? – с показным удивлением спросил Хагуро.
– Да, вы точно описали человеческие недостатки. Но я хотел бы спросить, что вы собираетесь делать с такими людьми?
– Разве непонятно? Если мы думаем одинаково, то должны сделать все возможное, чтобы они поскорее нажали на кнопку. Разве вам не жаль этих полумертвых страдальцев?
– Профессор горит любовью к человечеству и потому желает ему легкой смерти. Как можно скорее, – вмешался в разговор Курита.
– И вы не думаете над тем, как их спасти? – немного поразмыслив, спросил Дзюитиро.
– Не думаю. Если все оставить как есть, это только усилит их страдания, – заявил доцент Хагуро с поистине человеческой академической холодностью.
9
Гости из Сэндая не ожидали от Дзюитиро такой сдержанности и быстро переглянулись. Попытки этого никчемного создания спасти Землю не только выставляли мир в невыгодном свете, но и сводили к нулю значимость их собственной миссии.
Дзюитиро посмотрел на старую тканую скатерть с изображением звездной мандалы из храма Хорюдзи. Казалось, все человечество собралось внутри ее круга и дрожало пред лицом суровых упреков Хагуро, а Дзюитиро печально смотрел на крошечные человеческие фигурки.