— О, я вас понимаю! — усмехнулся Вильгельм. — У меня дома творится то же самое! Когда Мальвина отдыхает, этот гад меня достает!
Он несильно пихнул локтем секретаря.
— И все же темные эльфийки Ордена хранительниц… или как там их… Серьезное подспорье! — медленно кивнул он, оценивая девушек. — Я и раньше бы не хотел встретиться с ними лицом к лицу, даже при том, что мы никогда не были врагами… А теперь, я ощущаю злую неукротимую силу, которой так и веет о них. Пожалуй, даже не скажу, кто опаснее: они или дикие пчелы!
— Давайте все же пройдем к беседке, — закончил я. — Девчата, поторопите поваров!
Мы сидим в уютной беседке, от которой все еще пахнет свежим деревом и воском. Ее только-только отстроили и мы первые, кто сели в ее прохладную тень. Сноровистые селянки быстро накрывают на стол, а уже знакомая повариха разливает по чашкам свое варево. Она замирает на секунду передо мной с пустой чашкой и я киваю в знак согласия. Тогда она щедрой лапкой отливает и мне супчика.
Далее почти один в один следует сцена, какая совсем недавно была с пчелками, разве что мужики не плачут. Но распробовав угощение, жрут как не в себя! Особенно, Вильгельм. Впрочем, это можно объяснить его способностью к превращению. Наверное, кроме магии ему также требуется хорошо питаться? Или же он просто любитель хорошо поесть.
На сладкое приносят пироги, блинчики и даже что-то вроде желе. Чана постоянно таскает местным поварам новые приправы и рецепты, помогая в готовке. Скорее всего, она и является автором данного кулинарного шедевра. Когда до него доходит дело и гости вопросительно смотрят не меня, развожу руками.
— Сам не знаю, чем Мари нас сегодня порадовала, — говорю я, гладя краснеющую девушку-повара по бедру. — Но уверен, она хотела, чтобы вы оценили вкус этого замечательного десерта! Ты ведь самый лучший кулинар в деревне, Мари!
— Ох, ваша милость, — отвечает та, почти неосознанно придвигаясь ближе. — Вы меня смущаете! Вы ведь знаете, мы сделаем все, что попросите!
Пользуясь тем, что ушастая стоит лицом к гостям за высоким столом, накрытым скатертью, поднимаю руку выше, дотрагиваясь до внутренней стороны бедра, а затем и ткани трусиков, за которыми скрываются мягкие теплые складочки вторичных губ. Чувствую, как по руке тут же течет капелька, поглаживаю киску кошечки пальцами и медленно веду кисть руки в обратном направлении, отмечая шелковистость ее кожи.
— Ты — умница, Мари! Встретимся позже!
Легким шлепком отправляю зардевшуюся девушку восвояси, отмечая себе отблагодарить ее лично попозже. Уж больно хороша у нее задница! Словно прочитав мои мысли, та идет, покачивая упругими ягодицами.