У неё были враги. Но ей всегда безумно везло. Даже в, казалось бы, самых безнадежных битвах она одерживала верх. Как я понял впоследствии, вампирше помогало Проклятие. Ведь пока она жива — мои мучения продолжатся. И однажды она разгадала мой секрет. Ведь в добавок к статусу кровожадного ультимативного хищника, она еще была и старым могущественным магом с потрясающим чутьем. Когда она выяснила, что именно я стал причиной её головокружительного успеха, её одержимость мной превысила все мыслимые и немыслимые пределы. Я стал чем-то вроде её личного талисмана, любимого аксессуара, который она везде таскала с собой. При этом, она не забывала, что каждый мой день должен напоминать живой ад, чтобы её удача продолжалась.

В какой-то момент я стал опасаться, что эта жизнь никогда не закончиться. Ведь вампиры не стареют, а её магия не позволяла состариться и мне. А уж если бы она каким-то образом достигла божественности… Но, к счастью, даже могущественные вампиры совершают ошибки.

Учитывая, сколько лет мы провели вместе, она в какой-то момент расслабилась. Поверила, что я и сам мечтаю о вечности подле неё. Ослабила поводок. Поэтому, я при первом же удобном случае, на очередном собрании вампирских лордов, с величайшим удовольствием плюнул в лицо самому старому сильному и злобному кровососу. И со счастливой улыбкой принял мгновенную смерть.

После этой сферы я вновь почувствовал приближение нового кризиса. На моё сознание обрушился настолько внушительный объем памяти, что моя личность едва выдержала этот удар. Поэтому, мне и пришлось закончить поглощение памяти раньше времени.

— Но ты уверен, что это не изменит тебя? — в карманном мире прошло уже целых два дня, с того момента как я начал поглощение сфер. И Сона с каждой новой сферой волновалась все больше. Она видела, насколько я был измучен, но никак не могла облегчить мою ношу.

— Я делаю все, чтобы это не произошло, — я лежал у неё на коленях, пока она мягко гладила мою голову. — Для меня это не впервые, сама знаешь.

— Но если теперь жизни могут занимать по сто и больше лет, как ты можешь быть уверен? На новой глубине ты вскрыл всего одну, но корчился так, как будто распечатал с десяток сфер с предыдущего слоя одновременно. А что, если там будут жизни на двести, триста, пятьсот лет?

— Разве у меня есть выбор? — я ответил ей вопросом на вопрос. — Приходится работать с тем, что имею. Я не хочу застрять здесь навечно.

— Но может быть мы что-то упустили… — Хранительница начала тихо бормотать. — Может есть другой, безопасный способ вернуться?