Вместо ответа Хранительница лишь тепло улыбнулась.
— Пойдём, — я не стал церемониться и потянул пленницу за собой, — но тебе лучше начать говорить после всего этого. Потому что возиться с тобой и дальше я не собираюсь.
В короткой вспышке наша троица переместилась за пределы тюрьмы.
Признаться честно, во время прогулки незнакомка волновала меня меньше всего. Тщательно осмыслив всё ещё раз, я понял, что для неё не существовало способа выкрутиться из ситуации. Какими бы глубокими знаниями не обладала девушка, преодолеть наложенные ограничения и устроить погромы в Бастионе ей было не под силу. Тем более под присмотром Соны. Пока лицо магини стремительно менялось от вида оживлённых улиц, я думал о своём.
Совсем недавно я сетовал на то, что моё «перерождение» что-то изменило в моём характере. Но сражение в ночном небе доказало, что проблема куда глубже, чем мне казалось. Последнее время меня кидало из крайности в крайность, от условного переживания за растоптанный цветочек до полного равнодушия от гибели тысяч и тысяч.
Что произошло с Осканой после моего исчезновения, пока было неясно. И, если честно, мне было отчасти даже страшно выходить наружу и проверять. Сколько людей погибло от этой потасовки? Посмотрев на пленницу, я невольно нахмурился. По первому взгляду было трудно понять, действительно ли она была равнодушна или лишь умело скрывала свои эмоции. Но я был уверен, что выведу её на чистую воду. Это был вопрос чести.
— И что? Всё ещё думаешь, что мы в Доминионе? — я негромко произнёс.
— Это какая-то игра. Не знаю, зачем всё это, но я не куплюсь. — Хотя шатенка и хмурилась, голос её оставался нейтральным.
— Игра? Ты что, думаешь, ради тебя подготовили целый фальшивый город? Не многовато ли чести? — искренне удивившись, добавил: — По-моему, ты слегка переоцениваешь свою значимость.
Девушка не ответила, угрюмо пожирая прохожих взглядом. Благо ей для этого ничего не мешало, ведь мы находились под сильнейшей скрытностью, так что, как я и привык, жители города нас не замечали.
И всё же я не расслаблялся. Хотя напрямую залезть в её память я не мог из-за риска повредить самую важную информацию, пока мы шли, я максимально осторожно считывал её эмоциональный фон. И с этим всё было далеко не так однозначно. Эмоции девушки менялись внезапно и очень непредсказуемо: от полной апатии до безумной ненависти уже в следующую секунду. От чего мне даже казалось, что незнакомка нарочно меня провоцирует, почувствовав слежку.
— Остановимся здесь, — я встал возле заинтересовавшей меня вывески.