Наблюдая реакцию горожан на эту идиллию, Ольга начала беспокоиться, что стража попросту не впустит в город подозрительную особу с еще более подозрительным троллем, будь он хоть сто раз грамотный. Однако к величайшему ее удивлению стражи у ворот не оказалось. Сами ворота были открыты, и в них уже образовался затор из двух карет и циркового фургона с пестро раскрашенным тентом. Богато одетый кабальеро орал на своего кучера и на его коллегу с соседней кареты; кучера огрызались, тоже орали друг на друга и вместе с господином поливали несчастного возчика и нескольких циркачей, высыпавших из повозки, хотя те были совершенно невиновны в том, что две кареты одновременно пытались обогнать их прямо в воротах. А больше всего, разумеется, страдали лошади, еще меньше людей повинные в создании аварийной ситуации.

— Пако, — тихонько поинтересовалась Ольга, не в силах смотреть, как обижают несчастных животных, — ты сможешь растащить эти повозки, чтобы они могли проехать?

— Нет, — грустно признался могучий тролль. — Я не знаю, как.

— А если я тебе покажу, где взяться и куда тянуть, тогда сможешь?

— Ну, силы-то у меня хватит…

В силу собственной непрактичности Ольга намеревалась помочь застрявшим господам бескорыстно, даже не задумавшись о том, что у нее в карманах ветер свистит. Однако сами же пострадавшие все и испортили.

— Эй, ты! — повелительно окликнул владелец кареты, хамски указав при этом пальцем на грамотного тролля. — Ну-ка, убери с дороги эту телегу! Живо, тупое животное!

— Ага, щас! — ощетинилась Ольга, тут же утратив желание помогать таким невежам. — Во-первых, сударь, вы невоспитанный хам. Сейчас же извинитесь перед доном Пако и извольте обращаться к моему другу с должным уважением. А во-вторых, он вам ничем не обязан, так что за растаскивание пробки с вас десять золотых. И с остальных тоже.

Шарик в качестве моральной поддержки басовито гавкнул.

Оскорбленный за хозяина кучер поинтересовался, не желает ли бесстыжая попрошайка попробовать кнута, и немедленно был озадачен встречным вопросом — не желает ли герой получить в глаз от тролля?

Шарик подтвердил серьезность хозяйских намерений еще одним грозным «гав!».

Ситуация получалась неловкая и неприятная — кабальеро краснел и синел, не зная, как поступить, оба кучера затравленно скрипели зубами. Горячие мистралийские парни тяжко переживали за свою мужскую честь, но мордобой с троллем не обещал ее благополучного восстановления. Циркачи — колобкообразный дяденька, пожилая дама, девушка и некто неопределенного пола — шустро скрылись в повозке, дабы ненароком не ввязаться.