Затем наверняка наступает приступ безудержного гедонизма. Пятизвёздочные отели, ванны с шампанским, шикарные ресторации, мраморные стейки, элитная алкашка, икра, крабы, все дела. Возможно, какие-то другие увеселительные мероприятия спортивного толка. Возможно, продажные женщины. Возможно, и то и другое и третье.

Затем, — когда первоначальная радость поутихла, — нормальный человек закроет все свои долги и обязательства, а потом исполнит какую-нибудь свою давнюю мечту. Что-то такое сокровенное, наивное и несерьёзное; что-то такое, чего всегда хотелось, но рациональное мышление говорило, мол, ты совсем поехавший сливать деньги на такую чушь?

Да…

Должно быть, так и поступил бы на моём месте нормальный человек.

Но поскольку я не совсем нормальный, моим первым же приобретением в качестве рублёвого миллионера были двадцать килограмм сосисок. Ну… Я же обещал накормить лагертов. Надо выполнять.

— Что-то странное в последнее время происходит, — как бы невзначай сказала мне задумчивая тётечка продавщица из мясной лавки, сгребая с витрины всю продукцию под чистую. — Несколько дней назад мужик пятнадцать кило костей взял, а теперь вот ты… откуда вы такие берётесь?

— А вам плохо что ли?

— Мне нет, но просто…

— Ну вот и ладушки.

А пока я затаривался этими изысканными деликатесами, Шиза уже взяла такси комфорт плюс и была на полпути в Киржач. Собиралась прыгать с парашютом. Ещё засветло она успела пробить, где находятся ближайшие частные аэродромы, созвонилась и не стала откладывать. Помчалась тут же.

1500 метров свободного падения в тандеме с инструктором. Всё ровно так, как и хотела.

Так что теперь я даже сомневаться стал — кто из нас двоих нормальный-то?

А ещё мысленно держу кулачки за Ходорова. Надеюсь, существуют какие-то весовые ограничения и ему с его тушей прыгать запретят. Просто… надо было видеть Костю в тот момент, когда Елизавета Романовна сообщила ему о своих планах и о том, что он как порядочный бойфренд должен поддерживать её во всех начинаниях.

О, эта его улыбка!

О, эти стеклянные глаза!

В общем и целом, он в какой-то момент стал похож то ли на восковую куклу, то ли на человека, который впервые попал на приём к проктологу.

— Разрешу, — в который раз пробубнил я себе под нос. — Не отниму.

Грёбаный Ткач подкинул мне загадку без подсказок или хотя бы даже вектора, в котором надо думать. С тем же успехом можно было ляпнуть: «чокер из черемши, корявая лошадь, сметана, гвоздодёр».

И вертись с этим, как хочешь.

«Завтра всё поймёшь», ага.

Ну а поскольку я человек и мозг у меня человеческий, то сова прекрасно натягивалась на глобус и теперь знамения виделись мне буквально во всём. А ещё я теперь постоянно думал о том, что же мне такое интересное разрешат.