Первым взял слово Сталин:
— Товарищи! Наш временно исполняющий обязанности министра внутренних дел и министра МГб товарищ Петров просит освободить его от руководства МВД в силу огромной загруженности и увеличения штатов и МВД и МГБ. На место врио министра внутренних дел товарищ Петров предлагает утвердить своего Заместителя Берию Лаврентия Павловича. Я в принципе не против, прошу членов Политбюро, раз уж все собрались вместе, проголосовать за это назначение. Вот и прекрасно, единогласным решением врио министра МВД становится генерал-майор товарищ Берия. Так же считаю, что приставку врио у министра МГБ можно убрать и утвердить товарища Петрова в должности министра государственной безопасности и председателя Комитета собственной безопасности, так как я вынужден из-за загруженности расстаться с этой должностью, с присвоением ему внеочередного звания генерал-полковника. Нет возражений? Единогласно. Теперь хочу предоставить слово нашему министру госбезопасности товарищу Петрову.
Я поднялся со своего места и, взяв указку, подошел к огромной карте на стене:
— Товарищи! Благодаря мудрой политике нашего правительства и руководства Партии обратно вернулись почти сто пятьдесят тысяч эмигрантов, из которых почти шестьдесят тысяч пополнили ряды советской армии, которая достигла численности шестьсот тысяч человек, из них двести пятьдесят тысяч самых боеспособных частей, имеющих опыт мировой и гражданской войн, дислоцированы на границе с Польшей и семьдесят тысяч — на границе с Румынией. В наступлении на Варшаву в августе двадцатого года участвовали силы Западного и Юго-Западного фронтов общей численностью примерно сто пятьдесят–двести тысяч человек. По сведениям нашей разведки Польша может выставить не более ста пятидесяти тысяч человек. Румыния — не более сорока пяти тысяч. Если учесть допущенные ошибки в военных действиях с Польшей пару лет назад, мы вполне можем вернуть назад свои территории: Белоруссию и Украину. За захватническую деятельность Польшу нужно наказать, отобрав у нее часть территории.
Я провел указкой по карте:
— Предлагаю границу провести по реке Нарек западнее Белостока, затем так, что на нашей территории останется Бельск-Подляский, Браньск, Соколув-Подляски, Седльце, Радзынь-Подляски, Люблин, Пшемысль.
Указка ещё была в воздухе, когда за столом кто-то негромко кашлянул.Это был Лебедев. Он сидел прямо, как на плацу, и держал перед собой сложенную вчетверо карту — свою:
— Товарищ Сталин, у меня к товарищу Петрову вопрос по существу.
Сталин, не глядя, кивнул:
— Пожалуйста.