что успевали соскучиться друг по другу. Матери у меня нет, она умерла еще когда я была совсем малышкой. С тех пор отец ни с кем не был, сохранив всю свою любовь для одной единственной. Мы остались вдвоем и стали нерушимой силой. Я всегда была на его стороне, ухаживала, когда он болел, научилась делать его любимый пирог, которым его радовала мама каждое воскресенье. Он же в ответ заботился обо всех моих интересах, поддерживал, когда становилось совсем тяжко, старался добиваться всех моих целей вместе со мной. Мой папа идеальный и незаменимый, больше всего на свете я боюсь потерять еще и его. Родственников у нас нет. То есть, они у нас есть, но мы не поддерживаем связь друг с другом. Не поздравляем друг друга по праздникам, не устраиваем встреч. Короче, в этой жизни есть только я и папа, и мне этого хватает. Сегодняшняя пятница стала долгожданной. Наш загородный домик находился на отшиве, соседей тут нет, мы построили его пять лет назад в лесу, в полной глуши, рядом с тихой трассой. Это было наше место, куда мы валили от суеты и забот Луисвилла. Я ждала эти дни с нетерпением и, когда вчера он позвонил мне и сказал, что мы можем собраться, я улыбалась сама себе, как дурочка, с радостью пакуя маленькую сумку вещей, которые мне понадобятся на эти пару дней. Так вот, где-то час назад отцу позвонили, срочно вызвав в город. Он должен был вернуться через два-три часа, и все это время я посвятила тому, что пекла его любимые пироги и кексы. Я обожала печь. Возня с тестом успокаивала меня, я любила придумывать новые сочетания пирожных, тортов и пирогов, любила муку, которая покрывала всю столешницу, фартук и даже мои волосы, каждый раз, когда у меня появлялось свободное время, я пекла, пекла и еще раз пекла. Завершив разговор с Лилит, я процедила муку через сито и обновила ее на столешнице. К этому времени очередное тесто должно было подняться. По маленькому телевизору, который мы поставили на холодильник, идет какое-то развлекательное шоу. Подпевая себе под нос, ставлю духовку греться и хлопаю руками, после вытирая их о полотенце, которое повесила на свое плечо. Волосы у меня крайне длинные, ниже поясницы, до неприличного черные, они мелкими кудрями падают мне на лицо, выбиваясь из заколки. Локоны были настолько тяжелыми и густыми, что их не выдерживает ни один "крабик". Психанув, я в очередной раз поправляю свою копну и поворачиваюсь к телефону, как вдруг свет в доме начинает мигать. Смотря на лампочки, я хмурюсь, у нас никогда не было проблем с проводкой,