Пашка на ус намотал и положил себе на полочку — обязательно, вот прям всенепременно, просветить на этот счет тётю Олю. А то, ишь, расслабилась — омолаживаться не хочет, когда предлагают. Будет их Тырька жить долго и счастливо, потому как нгурул угасает тогда, когда его наездник теряет интерес к жизни. От старости или от горя — неважно. Такому наезднику шипастый партнер — обуза, и от этого их связь слабеет. Ресурс организма, подпитываемый магией наездника, скудеет, и зверь уходит в подпространство в последний раз. Просто не хватает сил вернуться, его же особо не ждут. Случается, что вместе со зверем в подпространстве гибнет наездник. А потому тётя Оля Пашке и Тыре нужна молодой и веселой.

— У Варгу такой зверь страшный, — продолжал Ован больную тему, не замечая задумчивости собеседника. — А ты и вправду Варгу побить можешь? Мне госпожа Ольга говорила.

— Раз зверь страшный — точно смогу, — огорошил странным заявлением иномирянин и прищурился. То ли насмешничает, то ли его солнышко слепит. — Вот смотри, — Пашка подобрался, видя, что приятель вот-вот разобидится на невинную подначку, — у господина лавэ зверь смертоносный, но красивый. Видел, да? На дракона капельку похож, — развспоминался Пашка и тут же спохватился пояснить: — Это у нас там, дома, мифические животные. Прекрасные и ужасные в своей мощи. И сам лавэ — боец неслабый. Что магически, что кулаками махать.

Ован покивал — уловил аналогию. Лавэ, недостижимый кумир, самый сильный в гарнизоне, и его зверь — альфа. А у Варгу нгурул на вид пострашнее Свапа будет, весь в бивнях и шипах, а не он вожак.

— Парни на Варгу ставки делают. Ты бы поостерегся, Павел. С него станется и магию применить, и нож достать.

— Да понял уже. — Пашка бездумно потер бок, где совсем недавно красовалась дырка. — Ножа поостерегусь, есть приемчики. А насчет магии… Посмотрим. Тут у меня на лавэ крепкая надежда.

Про серьгу-защитку Паха говорить не стал — осторожность взвыла. Ни к чему приятелю знать, что его артефакт атаку разом троих выдержал. Ну, почти. Внимание рассеивалось, но цель-то у вражин была вовсе сознания лишить.

— А расскажи, как ты Туса обрел, — попросил Пашка. — Если это не секрет, конечно.

— Да какой секрет…

Пашка слушал рассказ Ована и все больше сникал. Было от чего. С Тырей было так легко, так интересно. Казалось, что отзывчивость щены на его, Пашкины, придумки — норма. Ан нет. Повезло, что она детеныш.

Тус запечатлился с Ованом уже взрослым самцом. Почти случайно. Ован с родителями приехал на зимние празднества в столицу, и, естественно, они постарались попасть на соревнования нгурулов. Закрытое мероприятие для избранных. Семья у них из слабосилков, это да. Зато род их длится аж от переселенцев первой волны. И в каждом поколении есть менталисты. Вот и затесались в элиту. Родители с младшей сестренкой остались на трибунах, а любопытного парня, едва отметившего совершеннолетие, тянуло посмотреть на легендарных зверей вблизи. Предоставлялась желающим такая возможность — довольно большой, магически огороженный вольер находился недалеко от основной арены. Хочешь — любуйся издалека. Но некоторые ухитрялись подойти и поближе. Если бы Ован тогда знал об этой уловке устроителей, возможно, он поумерил свое любопытство, но…