Она опять проспала. Совсем режим сбился с этими нагрузками и недосыпами. Проспала, но не критично — успела к воротам выскочить до того, как Агав вдарит в сигнальную пластину. Уж очень Пашку будить не хотелось. А что постель не заправлена, так она за ширмочкой. Разок можно.

У Павлушки дело со словами не расходится: сказал, что придумал, как тетушке укромное спальное место устроить, — и вот оно. Кровать вполне надежная, пусть жизнью побитая, но удобная. Ширма тоже лучшие времена знавала — полотнища выцвели, петли поскрипывают, но работу свою — от постороннего взгляда скрывать — выполняет исправно. Единственное, в чем Ольга поступилась принципами, это воспользовалась служебным положением и взяла со склада им с Пашкой постельной рухляди, честно оставив запись в книге учета. На взгляд Ольги, заброшенная караулка теперь была оснащена всем необходимым для удобной жизни. Не президентский люкс, но и не казарма. Осталось только плитой на магических кристаллах разжиться, чтоб хоть чаю согреть. Но это потом, потом…

Оля заканчивала приемку кормов, когда ее тронули за локоть. Она только волосами мотнула — подожди, не сбивай. Все-таки отсчитывать кули за четырьмя носильщиками — это концентрацию блюсти надо. Да еще Агав скорбно молчит и глаз не поднимает. Печаль старшого разъяснилась быстро — не хватает зелени на завтрашнюю поставку. Ростки ахука не менее важная составляющая рациона, чем личинки или сухое мясо. Семеныч хоть бы записочку с обозом передал! От злыдень самоуверенный.

Ладно, разберемся, как только доберемся.

Агава надо отпускать. Ольга и забыла, что ее дожидается кто-то. Бледный до синевы молоденький паренек в форме пастуха протягивал очень знакомый узел.

— Госпожа! Простите, госпожа! Вам велели передать. Вчера еще. Наездник из чужого корпуса. — Парнишка торопился сказать, говорил отрывисто и путано. — Да я вас не нашел. Полночи у вашей комнаты караулил! Не было вас. Не погубите, госпожа!

Догадаться, что за чужой наездник дал поручение пастушонку, было несложно. Умеет его величество страху нагнать. Вот ведь! Надо теперь как-то изворачиваться.

— У меня еще комната есть, у задних ворот, ты запамятовал, наверное. Я там ночевала. — Пастушок отчаянно закивал: забыл, госпожа, как есть забыл. — Ну не догадался, бывает. Не переживай. Давай сюда и можешь быть свободен.

Бедняга. Наверное, следуя стереотипам, решил, что управляющая квартирует на этаже господ, вот и мучился. Оля с чуть самодовольной усмешкой подумала, что парень, поди, и не связал ее нынешнюю с той зачуханной молчаливой привратницей.