— Любите командовать… — дерзко прокомментировал он, — Меня всегда привлекали властные женщины. Особенно, такие красивые…

За такие комплементы капитан Юманс любому альфе бы немедленно сломала нос или выбила пару зубов, но сейчас она лишь смущенно скрестила на груди руки и нервно переступила с ноги на ногу, наблюдая, как ее собеседник бросает на пол куртку и вальяжно стаскивает через голову футболку.

— Следи за языком!.. Еще одно слово — и я уйду отсюда!

— Не уйдете, — мужчина шагнул к Наяне, сокращая между ними дистанцию, в его голосе слышалась уверенность, — Не сможете… Пока я не скажу.

Женщина не ответила. Она напряженно выпрямилась, опустив руки вдоль тела. Было видно, как она нервничает, но… она не отступила, не отшатнулась! Даже тогда, когда незнакомец взял ее руку и прижал к своей груди…

— Вот то, что Вам нужно… — хрипло произнес он.

Итан почти перестал дышать. Как в каком-то гребаном кошмаре он наблюдал за своей женщиной, которая внезапно страстно прижалась к чужому телу. До его слуха донеслись ее тихие стоны. Она обняла мужчину руками, потом порывисто отстранилась, обхватила ладонями его лицо и на цыпочках потянулась за поцелуем…

Такое с ним случалось, лишь когда он пользовался клановым артефактом. Ярость застелила ему глаза, взорвалась внутри, затопив собой весь мир. Стальная дверь в номер поддалась с третьего удара. Погнулась и частично ввалилась внутрь, вырвав из стены часть механизма. Итан краем глаза заметил, как мокрое от слез лицо его супруги напряглось, а сама она встала в боевую стойку. Но его интересовал только мудак, соблазнивший ее. Тот уже отскочил в дальний конец комнаты и направлял на него активированный бластер.

— Итан!..

— Лучше молчи, крошка, — стальным тоном произнес адмирал, не сводя взгляда с молодого и привлекательного человека, — Ради своего же блага.

— Ты, блядь, кто такой? — угрожающе спросил незнакомец, а потом вдруг удивленно поднял брови и улыбнулся, — Да ладно… Имперский адмирал собственной персоны!

Итан не стал использовать силу альфы. Ему захотелось голыми руками оторвать этому наглому сопляку голову. Он прыгнул через всю комнату прямо на противника, с грохотом впечатав его тушу в стену. Посыпалась штукатурка, заморгали лампы… Человек, судорожно кашлянул, выплевывая окровавленную слюну.

— Итан!.. Итан, перестань!

Итан будто не слышал голоса предательницы. В его ушах лишь набатом грохотала кровь и отголоски стонов, которые предназначались не для него. Он зарычал, как зверь, схватил мужчину за лицо, собираясь раздавить его одним движением, но не успел… Слова капитана, которые она произнесла жестким командным тоном, подействовали на него, как отрезвляющая пощечина: