— Ви-и-и-и-ик… — снова проблеяла жена.
Я затрясся от беззвучных рыданий, еще сильнее прижимая к себе любимую. В груди что-то болезненно кольнуло. Наверное, сердце…
А ведь я предполагал и такой вариант. Но кто же знал… Кто знал, что будет так больно!
— Девочкая моя… — прошептал я, скользя ладонью по белым шелковистым волосам, — Принцесса моя… Как же так?.. Что же это?..
По моей спине змеями поползли холодные руки, а потом я почувствовал, как под лопатку входит острое лезвие. Дыхание перехватило… По телу ледяной платиной начала растекаться слабость. Немного отстранившись, я заглянул в любимые красивые глаза, но увидел там лишь пустоту.
То, что я спутал со своей Эларой, выдернуло из моей спины нож и, издав яростный визг, замахнулось для нового удара. Я успел перехватить тонкую руку, прежде чем та достигла цели и вонзила мне в голову нож. Одним движением переломил ее в локте, выворачивая в обратную сторону, и с силой толкнул вперед. Нож по самую рукоять воткнулся в мягкую, ничем не защищенную плоть. Тварь пронзительно закричала, заплакала от боли, а потом стала медленно оседать.
— Прости… Прости меня… — прошептал я, и, выдернув нож, нанес следующий удар.
Глава 28
Тогралан
— Виктор?
Голос моего свекра оборвался слишком внезапно, будто кто-то или что-то его отвлек, он явно недоговорил начатое.
— Эй!.. Слышишь меня? Ответь!
Что за хрень⁈ Внезапно затыкается, а теперь еще и на связь не выходит!
Конечно, это не означает, что его грохнули. Мало ли… может, ему внезапно приспичило отлить, или он решил подстрелить парочку зомбаков, пробегавших мимо. Наверняка, так оно и есть. Герой хренов… Из-за его выебонов чуть не закрылся проход, который мы открыли с таким трудом! А Хаммер молодец, знатного пендаля отвесил своему деду! Я бы на его месте вообще оставил этого дебила снаружи. Хотя, нет… не оставил бы. И, если быть откровенным, мне будет жаль, если Виктор помрет в этом сраном лабиринте. Неужели он на кого-то наткнулся? Мутанты, марионетки… или, может, он нашел женщин?.. Ладно. Думаю, он ответит позже. А сейчас мне нужно сосредоточиться.
Тишь и жуть.
Мои блуждания по лабиринту напоминали какой-то второсортный ужастик. Темные коридоры, непонятные звуки, разлетающиеся эхом в пустоте. Казалось, что из-за очередного поворота сейчас выскочит какой-нибудь зубастый уродец, чтобы впиться мне в глотку. Но вот я в очередной раз поворачиваю за угол, готовый поджарить врага, а там снова никого.
— Странное дерьмо, — пробурчал я, продолжая брести вперед.
За целый час мне не встретилась ни одна тварь, даже мелкая, а ведь Хаммер предупредил, что повсюду чувствует их следы. Тепловизор, встроенный в очки, не видел признаков жизни, но я не сомневался в зверином чутье моего волчонка. Или волка… Матерого лютого волка.