Агата сняла с себя легкое пальто и повесила на крючок у входа.
— Проходите, проходите, не стесняйтесь. Сейчас приготовлю для вас самый вкусный чай, который пользуется популярностью среди наших дорогих посетителей — «Эрл Грей» с бергамотом.
Она скрылась за стойкой и тут же принялась греметь чашками, напевая себе под нос какую-то старую мелодию. Движения у неё были быстрые, суетливые, но в этой суете чувствовалась многолетняя привычка: она знала каждый уголок своего паба и знала, где лежит каждая чашечка.
Джон тем временем, не обращая внимания на суетливую хозяйку, медленно прошёлся вдоль стен, разглядывая развешанные на ней фотографии с чёрно-белыми снимками деревни, старыми афишами и вырезками из газет. На одной из фотографий был запечатлён фасад самого паба с той же красной черепичной крышей, но только без винограда, который теперь оплетал стены. Возле двери на снимке стоял мужчина в фартуке и с трубкой в зубах.
— Это ваш муж? — спросил Джон, указывая на фотографию.
Агата приподняла голову и слабо улыбнулась.
— Это мой дед. Он купил паб в шестьдесят восьмом. А до него здесь были Деринги, ну, то есть здание-то им принадлежало, но содержали его разные люди. Чёрная лошадь когда-то была фермой, но уже позже стал считаться пабом. Где-то триста лет уже. Тринадцатый век, вы только подумайте.
Фред подошёл к камину, проводят ладонью по старому камню. Но затем обратил внимание на одинокое кресло в углу. Он протянул руку, чтобы провести пальцами по резьбе спинки, но хозяйка, заметив это, сказала:
— Только, пожалуйста, осторожнее. Кресло старое. Не хватало, чтобы вы его сломали.
Фред отдёрнул руку и выпрямился.
— Оно стоит здесь просто, как часть интерьера? А чьё оно?
— Ничьё, — как-то неуверенно ответила Агата, пожав плечами. — Сколько себя помню, оно всегда здесь стояло. Говорят, на нём любил сидеть сам сэр Генри Деринг, когда захаживал сюда пропустить пинту. После него — его сын. А потом... — она вдруг беспечно махнула рукой. — Да что там. Люди приходят, люди уходят, а кресло так и продолжает здесь стоять. Рука не поднимается его выкинуть.
Агата подошла к столику и поставила на твёрдую поверхность поднос с чашками и чайником. Эмили присела за стол и взяла в руки горячую кружку с чаем. Пускай на улице и тепло, в помещении, казалось, была низкая температура , от чего хотелось поскорее укрыться в теплый плед. Фред сел рядом с ней, а Джон устроился напротив, заранее подготовив блокнот и ручку.
— Миссис Уиллоуби, — начала Эмили осторожно, — вы сказали, что миссис Хартли пропустила читательский кружок. Как давно она стала заниматься чем-то подобным?