В общем, следствие грозило зайти в тупик, мать выглядела расстроенной из-за вазочки и вранья Илюши, а мне сильно хотелось чего-нибудь съесть. Поэтому я решил пойти на хитрость.
— Илюха, если ты признаешься, что сделал с вазочкой, я дам тебе три рубля.
Выражение лица младшего брата в одну секунду изменилось. Просто три рубля сейчас это — очень, очень хорошая сумма. А для мелкого пацана — фантастическая.
— Оттуда у тебя три рубля? — Спросил он, прищурившись.
— Действительно, Алексей. — Мать даже отвлеклась от своей драгоценной вазочки.
— Собирал. Ну! — Я тряхнул легонько Илюшу за плечо. — Где вазочка? Признавайся.
— Прям три рубля дашь? — Уточнил братец с недоверием.
— Да! Говори уже!
Конечно, никому ничего я давать не собирался. Вот еще. Просто хотелось выяснить правду, найти эту вазочку и уже спокойно поесть.
— Я ее разбил. — Тут же выдал Илюха.
— Как разбил⁈ — Ахнула мать, прижав ладошку к кубам. — А куда же ты дел осколки?
— Взял совок и веник, собрал их и выкинул, чтоб вы с Лехой не узнали. Гони три рубля!
Илюша протянул руку и несколько раз ею тряхнул. Естественно, его последняя фраза предназначалась мне, а не родительнице.
Только я собрался сказать братцу, что он идиот, если думает, будто за двойной косяк его вознаградят, как в дверь позвонили.
— Всем стоять! Ничего не делать! — Повысив голос, велела матушка. — А лучше вообще не двигаться.
Она выскочил в прихожую и через секунду мы услышали громкий голос той самой Алевтины Степановны.
— Галина, вот, держи. Это твоя вазочка. Я ее сразу признала. Смотрю, Илья через окно с этим… со Славиком разговаривает. Который из пятого подъезда. Подошла ближе, а они, ироды-малолетние, решают, как в поход пойдут. Золото добывать. И твой оболтус вазочку, значит, Славику сует. Иди, говорит, на толкучку, обменяй на тушенку. Сообразительные, вишь какие.
— Ты что, придурок малолетний, развести всех хотел? — Я медленно повернулся в сторону братца и сделал шаг.
— А-а-а-а-а! Помогите! Леха в тюрьме с ума сошел! — Заорал Илюша и одним прыжком метнулся к спальне, собираясь, видимо, там закрыться.
— Ну все. Мандец тебе. — С чувством высказался я и бросился следом за ним.
— Что это? Что это, я тебя спрашиваю⁈ Кто это вообще?
7"Б" замер, затаив дыхание. Потому что ответ на данный вопрос мог быть каким угодно. Рисковать, высказывая свое мнение, никто не торопился. К тому же учитель ИЗО смотрел в этот момент конкретно на Лукину. Вот она пусть и отдувается.
— Где? — Спросила Настя, а потом на всякий случай втянула голову в плечи.
Кирпич, который с выражением вселенской скорби на лице застыл рядом с ней, конечно, драться бы не стал. Он же не идиот. К тому же — педагог. Правда, справедливости ради, надо отметить, что встречались и такие учителя, от которых указкой нехило прилетало. Но Кирпич вроде совсем уж психом не был. Хотя… Иногда его поведение на такую мысль наталкивало. Как сейчас, например.