Пест повторял как заведённый одно и то же, а дух сопротивлялся все меньше и меньше. Сколько это продолжалось, могли сказать только мужики снаружи. Для самого Песта время остановилось, но когда дух в его руках замер, он облегченно вздохнул.
— Неужто вышло? — сам себя спросил парень. Он перевернул духа лицом вверх, чтобы удостовериться. Тот в ответ на эти действия захрапел. Он храпел как здоровый мужик, что выглядело крайне не естественно для духа размером с ладонь взрослого мужика.
Пест начал развязывать и рассматривать духа. Зубы стали меньше, коготки исчезли, а в глазах уже можно было различить белок и радужку.
Пест удовлетворенно цыкнул, произнеся: «Вот тебе на!», и поднялся. Унеся амбарного духа в угол, он сложил медовый хлеб в миску, налил туда молока из кувшина и поставил рядом с духом. Когда Пест вышел, он обратился к Луту:
— До рассвета в амбар не суйтесь. На рассвете молока и хлеба поставите. И не жалейте — он в три горла есть будет. Отъедаться ему надо…
Пест с улыбкой покачивался в седле на спине черта, а мастер Дакрит занимался своим привычным делом: донимал парня вопросами.
— Я так и не понял, зачем мы остановились в первом селе, — спросил Дакрит. — Амбарного духа ты вылечил, посевное зерно и козу спас… какой в этом был смысл?
Пест не ответил и с улыбкой взглянул на мастера.
— Какой смысл выполнять работу, если ты за нее не получил плату? — рассуждал профессор. — Нет, если бы эти простолюдины хотя бы предложили… но ведь я правильно понял, что даже разговора о плате не было?
Пест также с улыбкой кивнул.
— А если не было разговора, то… это какая-то традиция? Нет?.. Тогда получается плата за ночлег?.. Нет, какая-то несоразмерная плата… — Профессор опять по привычке, в приступе задумчивости, потянулся рукой к подбородку с явным желанием нащупать бороду. Не найдя ее, он со вздохом посмотрел на свои руки. — Не понимаю… В другом селе тебе плату предложили и ты согласился, а в третьем просто в руки сунули деньги на прощанье…
— Все гораздо проще, мастер Дакрит. Вы что про село первое сказать-то можете?
— Село как село… я, конечно, не так много их видел, но ничего особого не заметил.
— Бедное село первым было. — Улыбка с лица Пест начала сползать, когда он начал объяснять. — Когда мы в село входили, нас встретили только шесть мужиков. Это значит, что в селе только шесть мужиков-наследников взрослых имеется и, случись чего — село без глав родовых останется. Мало это очень, хотя и дворов в селе том немало. Видать, беда у них была. Из шести мужиков только у двоих топоры были. Остальные с копьями, а наконечники у них хоть и добрые, но из камня. Нет у них металла на то. Значит, худо с деньгой. Была бы деньга — уж расторговались бы по соседям. Соха опять же из камня…