— Что?
— Он создал артефакт, в котором живет дух домового…
— А как же твое зеркало? Разве оно не разумно?
— Нет. Это псевдоразум. Точная копия моего образа мышления и моей памяти. Она не живая. — вздохнув, произнес Дакрит. — А тот домовой… Лукаша. Пест его к артефакту привязал. Знаешь, что тот домовой получит за свою работу в артефакте?.. Нет? Тарелку молока и белого хлеба. Я честно пытался понять, как, почему, зачем? Но… всех моих знаний и умений не хватает. Я чего-то не понимаю. Думаю, если у меня получится стать ведуном, я разберусь, в чем тут дело. Ведь то, что рассказал мне тот домовой… духи… это целый мир вокруг нас. Они живут рядом с нами. Пакостят или помогают, а мы… мы маги… Ты знаешь… А ведь ни одного полноценного фолианта, описывающего жизнь духов, нет. Есть куча противоречивых обрывков и все. Никто их не классифицировал, никто не изучал и никто даже не пытался найти контакт…
— Это удел ведунов и знахарок с ведьмами…
— В том-то и дело. Вспомни шаманов. Ты же участвовал в боях с ними. Ты помнишь, что они вытворяли духами?
Ратмир сразу посмурнел после этих слов.
— Ведь это уму непостижимо, сколько мы упускаем!
Ратмир молчал около десятка секунд, вглядываясь в бегающие глаза Дакрита, после чего громко произнес:
— Пест! Я слышу по дыханию, что ты закончил. Иди сюда.
Пест с кряхтением поднялся с песка арены и подошел к Ратмиру.
— Многоуважаемый профессор Дакрит хочет тебя кое о чем попросить. — Он кивнул Дакриту, и тот, немного заикаясь и сбиваясь, обратился к Песту.
— Я… ведуном в общем… возьми в ученики! — смущаясь, словно юнец, произнес Дакрит.
— Не выйдет из вас ведуна, — негромко произнес Пест. — А то, что слово свое сдержали… жаль, не видел я того…
— Как не выйдет? Ты же не пробовал! — ошарашенно произнес профессор.
— Не выйдет, и все тут. Не будет толку учить того, кто в груди дело свое имеет, — коротко ответил Пест и обратился к Ратмиру: — Дозвольте отлучиться, учитель. Домой собираться надобно и дела городские закончить.
— Иди. — Кивнул Ратмир.
— Постойте! Как же так! Я же профессор артефакторики! — начал гомонить профессор, но Пест не стал его слушать. Он скорым шагом направился к выходу. — Ратмир! Ну хоть ты ему скажи!
— Не скажу. Ему виднее, — задумчиво произнес Ратмир, глядя в спину Песта. — Ты тех же шаманов вспомни. Шаман сам пальцем указывал, какого ребенка учить будет. Никто и никогда в ученики у них не просился…
Когда Пест вышел из корпуса практической подготовки, то закашлялся. С кашлем изо рта вылетали кровавые сгустки. Это легкие освобождались от натекшей и свернувшейся крови. Откашлявшись, он стянул мантию, к которой так и не привык, и продолжил путь из академии.