— Тогда кто забирает энергию и жизни чудовищ в центральных областях аномалий? — прямо спросил я. В памяти появилось воспоминание о чудовищных нитях, которые за мгновения выпивали высокоранговых тварей. Тогда мы сумели спастись только за счёт собственной скорости и того, что энергии в нашем отряде было слишком мало, чтобы кого-то заинтересовать. — И при этом может действовать по всему миру?

— Я не знаю, — совершенно неожиданно ответила Калисса и Бернхард удивлённо хмыкнул. Вершительница недовольно посмотрела на моего генерала и тот сделал вид, что его вообще нет на этой встрече. — И никто не знает. Между оставшимися Вершителями идёт постоянно борьба за ресурсы. Каждый новый гон даёт шанс получить больше обычного. Для меня.

— А для других? — с интересом спросил я.

— Сложно сказать, — пожала плечами Калисса. — Владыка Востока не особенно заинтересован в подобных вещах. Он нашёл свой путь. Олимпий научился строить дальние проколы к теням артефактного колодца и получать свою долю с каждого гона. Теракл пытается получить доступ к каждой аномалии заранее при помощи переговоров и давления на человеческое общество. Вроде бы он пытается собрать осколки своего прежнего могущества через сбор даров отдельных людей. Аномалии для него вторичная цель. А вот тот, кто создал эстайров, качает силу со всего мира, чтобы постоянно расширять свои владения.

— Тогда, где он? — задумчиво пробормотал я. Хранительница Знаний, как и всегда, рассуждала очень здраво и осмысленно. Вот только мне это никак не помогало. — В Американской Конфедерации ничего подобного нет. Скопление маны подобного масштаба слишком сложно спрятать. В Южной Америке осталось всего пара аномальных зон, но они не идут ни в какое сравнение по размерам даже с Казанью. Поднебесную и Японию нет смысла рассматривать. В Европе только замок Локхара. Африка? Но там Бриссу. Они неплохо контролируют свою территорию и владеют достаточным количеством знаний, чтобы обнаружить подобную зону. Что остаётся? Австралия?

— Семьдесят процентов поверхности нашей планеты покрыты водой, Элрог, — неожиданно улыбнулась Калисса. Только улыбка у неё вышла совсем не весёлая. За ней скрывался сильный страх, больше похожий на ужас. — Километровый слой воды очень хорошо блокирует даже самое сильное магическое излучение. И, если ты не знал, эстайры замечательно плавают. Будто родились в воде.

— Нет, — недоверчиво уставился на собеседницу я. — Этого не может быть. Аномальных зон под водой не бывает! Об этом бы уже стало известно. Невозможно удержать…

Я сбился на полуслове, уставившись в пространство перед собой. Вершителей было не так много, и я наперечёт знал особенности каждого. Теракл всегда был слишком правильным и последовательным, Олимпий заносчивым и местами глупым, Калисса любила всё расставить по полочкам.