— Это одна из моих главных целей, — честно ответила девушка. В сказаниях её народа тоже хватало историй об огнедышащих ящерах, но вживую их видеть африканке точно не доводилось. — Отец приказал мне вернуть… ключ. Но теперь, после того как артефакт был использован, я не уверена, что в этом есть смысл.

— Ещё как есть, — невозмутимо ответил африканской принцессе Гарфакс. — На данный момент, местный правитель открыл небольшую калитку на скотный двор одного древнего существа. Чтобы пройти дальше, ему нужно разобраться с животными и всем, что ещё народилось за это время. Потом уже можно и в сторону хозяйского дома посмотреть.

— Вот только там его будет ждать большой сторожевой пёс, — негромко добавил я. — Как раз его щенков австрийцы выпустили поиграть в свой город. Но, к нашему счастью, этот пёс пока на цепи.

— Что значит «пока»? — тут же напряглась Мара, но я не ответил и девушка требовательно посмотрела на Бернхарда и Гарфакса. — Почему он так говорит?

— Я не знаю, госпожа Мара, — ответил ей президент Американской Конфедерации. — Могу только предположить, что тот, кто откроет двери настоящим ключом, снимет все запоры на жилище Обманщика. В том числе — цепь с шеи его стража.

— Но это не точно, — ненадолго прикрыв глаза, произнёс я. — Гораздо хуже, если питомец Локхара признает право обладателя ключа командовать от имени его бывшего господина. Тогда все наши договорённости полетят псу под хвост. Идёмте. Стоит навестить Его Императорское Величество и уточнить этот момент.

Правящая династия Австрийской Империи обладала просто невероятным по силе даром аспектом Пространства. За сотни лет даже сама земля в пределах столицы была настолько пропитана этой силой, что посторонний, будь он хоть трижды архимаг, перемещаться здесь без ведома хозяев не мог. Вот и нам пришлось шагать пешком к полыхающим окраинам города. И, если бы не наше с Петром присутствие в отряде, дальше первых горящих машин сводный отряд не ушёл бы.

Шесть последних правителей этой земли были архимагами своего аспекта. И только Фердинанд прервал невероятную последовательность, едва добравшись до ранга мастера к своему возрасту. В любом другом деле, которое не касалось магического дара, правитель страны мог просто приказать считать себя, например, величайшим садовником или танцором. Но с магией дело обстояло иначе.

Каждый сильный одарённый видел чужой потенциал. В живом общении скрыть свою истинную силу было крайне сложно. Особенно если вокруг не один маг, а множество. Но надо было признать, что Фердинанд научился прекрасно управлять сложнейшей магической системой обороны столицы, которую поколениями создавали его предки.