Виконт Краснов… любопытный персонаж, и…
Стоп! Краснов?
Сначала пришел запах пепла, ударивший в ноздри, а затем в голове пронеслись старые слова Свята: «Мещерский был последним достойным человеком, которому я служил. В последний момент он освободил нас от присяги. Это было условие Красновых. Они не хотели, чтобы у Мещерских остались верные люди».
Именно барон Мещерский, у которого служил Святогор после Хабаровского рубежа, проиграл Краснову. Именно тогда Свят получил проклятие, с которым потом влачил жалкое существование в инвалидном кресле, торгуя резными фигурками на Сенном рынке.
А ведь и у самой Ольги в родовой хронике значился конфликт с родом Красновых — это мне зачитывал Игоша перед тем, как я в первый раз отправлялся к ней в гости. А через год после того конфликта погиб её муж, а возможно и не только он.
Осознав, кто именно пожаловал в гости к Ольховским, я искренне порадовался, что оставил Святогора дома.
Надеюсь, остальные мои ребятки не устроят бойню с гвардейцами виконта возле стола для сопровождающих.
Ольга Аркадьевна грациозно поплыла навстречу гостям — даже в такой ситуации, когда её сердце нервно стучало, внешне женщина продолжала отыгрывать роль радушной хозяйки.
— Ваше сиятельство, — произнесла она с безупречным полупоклоном. — Добро пожаловать. Дом Ольховских рад приветствовать вас.
— Ольга Аркадьевна, — ответил Краснов, взяв её руку и обозначив поцелуй над пальцами.
И вроде бы допустимо, если дама тянет руку. Но в случае с регентом рода такое можно воспринимать как нежелание считать женщину за равного.
Выпрямившись, Краснов с полуулыбкой на губах продолжил:
— А уж я-то как рад. Признаться, до последнего сомневался, удастся ли вырваться? Дела не отпускали. Но ваше приглашение было составлено так любезно, что отказать не нашлось никакой возможности. Да и как пропустить знаменательный день вашего мальчика? Мы ведь почти соседи.
— Для нас честь принимать вас, — поклонилась баронесса.
— Не сомневаюсь, — тут же ответил Краснов, неспешно осматривая шатры, столы и слуг в ливреях. — И признаться, приятно удивлён. Очень, очень недурно вы тут всё организовали. Особенно если учесть, в сколь… удручающих обстоятельствах пребывает ваш род. Такое умение держать лицо дорогого стоит, Ольга Аркадьевна.
Он говорил это так по-доброму, и даже ласково, что человек со стороны мог бы и не заметить в его словах издёвки.
— Мы справляемся, — без эмоций отозвалась Ольховская.
— Не сомневаюсь и в этом, — «добродушно» улыбнулся Краснов. — Ах да, позвольте представить моего доброго друга. Полковник в отставке Аркадий Максимович Рогачёв. Дворянин, тридцать лет безупречной службы Империи. Отправлен в отставку с мундиром, — гордо сказал виконт, сделав акцент на последних словах.