Пепел и Пламя
Цикл: Хроники Ардениса #1
Valery Black
Туман над Северным хребтом Келериса никогда не рассеивался полностью, сколько бы эпох ни сменилось на расколотом материке Арденис. Казалось, сама первородная вечность сковала эти дикие горы толстым панцирем синего льда, а редкие, больные лучи бледного северного солнца лишь бессильно скользили по острым, иззубренным пикам, задевая мрачные, высеченные прямо в отвесных скалах цитадели из черного базальта. В этот предрассветный час ночь отступала крайне неохотно, словно не желая выпускать ущелья из своих ледяных тисков. Внизу царила густая, осязаемая синева, густо замешанная на запахе морозной хвои, въевшегося в камни озона и тяжелого, застарелого железа, которое здесь носили на себе не только воины, но и сама земля.
На самой вершине самой высокой башни бастиона, где свирепый ветер с легкостью сбивал с ног обычного человека, неподвижно стоял мужчина.
Тяжелый меховой плащ, заброшенный на его широкие плечи, шумно трепал ураганный порыв, срывая с плотной ткани мелкие, колкие кристаллы инея, но он даже не морщился. Его звали Морген. Для сотен воинов из разрозненных кланов Арденов он был не просто старейшиной или вождем, пережившим три кровопролитные войны — он был живым хранителем памяти всего мира. В его жилах текла чистейшая, неразбавленная веками первородная кровь Игнисов. Тех самых высших существ, которые первыми коснулись холодной тверди Ардениса задолго до того, как смертные научились возводить первые города, складывать из кирпичей стены и ковать свои хрупкие мечи.
Морген медленно прикрыл глаза, позволяя внешнему миру раствориться в темноте. На внутренней стороне век отчетливо плясали багровые, почти ослепляющие отсветы. Мир вокруг него в этот момент жил вовсе не звуками горного ветра или скрипом замерзающего камня. Он жил биением чужих сердец, гудением скрытых магических потоков, пронизывающих континент снизу доверху, и тяжелым, размеренным, похожим на подземный гул дыханием самой земли, которая помнила прикосновение гигантских крыльев.
— Время стремительно иссякает, старый друг, — раздался из-за спины тихий, но на удивление звенящий в морозном воздухе голос.
Из глубокой тени каменной арочной ниши бесшумно шагнул второй дракон, принявший человеческую «Маску». Это был Кайен — молодой, с резкими, хищными чертами лица, впалыми щеками и ярко горящими в полумраке янтарными глазами, которые он даже не пытался скрывать под иллюзией. Он нервно перебирал тонкими пальцами навершие тяжелого кинжала, вплетая в движение привычную, убийственную грацию хищника, которому тесно в узком человеческом теле.