— Думаю, что ничего хорошего. — Задумчиво ответил Максим.

— Ребята, давайте уйдем. Ну, зачем нам эта война? Жизнь никого из нас не стоит этих продуктов или этого места. Возьмем, сколько сможем и уйдем. — Даша говорила с азартом, искренне.

— А женщин и детей бросим на полуживого Николая? — Поинтересовался Илья.

— Они, вроде, тоже не против уйти, только хотят дождаться, пока Николай не встает на ноги.

— За это время на нас могут сто раз напасть. — Максим поправил ружье. — Если уходить, то сегодня. Сделаем носилки для Николая и для продуктов и вперед.

— В ночь? — Поинтересовался Илья.

— Да. Днем нельзя, они могут увязаться за нами.

— Очень опасно. Можем провалиться в разлом или грязь.

— Ребята, давайте мы с Гулей сходим в разведку. — Предложила Даша. — Вам оставлять подвал нельзя, сразу поймут, что охранять его некому и нападут.

— А если на вас нападут и возьмут в заложники? — Предположил Максим. — Мы в ловушке, куда не посмотри. Я не пущу Гульку. — Он крепко взял подругу за руку.

— Мы просто уйдем днем. Пусть эти уроды видят, может быть для них это тоже окажется победой, и они не станут нас преследовать. Оставим им всё, что не сможем унести, пусть пользуются и радуются. — Предложил Илья.

— Я бы сжёг. — Мстительно предложил Максим.

— Не надо портить себе карму, чтобы с нами не случилось того же. — Даша поддержала Илью. — У них тоже есть дети, которые ни в чем не виноваты.

— Надо поделиться планом с остальными. — Илья направился вниз по лестнице.

Даша и Гуля пошли за ним. Содержание недавних переговоров вызвало бурную реакцию. Все понимали, что житья им тут не дадут и надо уходить, чем раньше, тем лучше. Зоя переживала за мужа. Ему стало еще хуже. Вероятнее всего кишечник оказался задетым, и там могло начаться воспаление. Николая заставили выпить разведенного спирта, чтобы хоть как-то снизить вероятность заражения. Он выпил и быстро заснул.

Начались организационные приготовления. Чтобы оставить как можно меньше продуктов врагу, сделали сумки для детей, израсходовав на импровизированные котомки последние метры укрывной ткани. Это были два узелка, в каждый из которых помещалось по три пачки крупы или макарон. Они перекидывались через плечо или вешались на шею, как коромысло. Нагруженные дети выглядели как несчастные ребятишки крепостных крестьян, участвующие в сельскохозяйственных работах.

Спирта взяли две пятилитровые пластиковые бутылки для медицинских целей и для спиртовок. Воды и различных напитков взяли намного больше. В руках каждого ребенка была бутылочка с водой. Женщины смахивали слезы, глядя на собственный отряд, внушающий жалость. Врагам осталось в общей сложности килограмм двадцать различных продуктов, немного напитков и почти весь спирт.