Тимофей поднял с пола трехлитровую банку.

— Дед, открой. — Попросил он.

— А что не сам? — Спросил Матвей. — Тебе самому надо все уметь. Выбери на полке инструмент, подходящий для открытия банки и попробуй открыть.

— У меня ключ есть. — Вмешалась в процесс обучения Мария Алексеевна.

— Не надо, пусть ребенок пошевелит мозгами. Впереди его ждет непростое время и чем раньше начнет проявлять смекалку, тем сообразительнее будет во взрослом возрасте. Тем спокойнее мне будет в старости. Я так полагаю, пенсионный фонд всё, разорился, придется доживать с внуком, а если он криворукий?

Мария Алексеевна рассмеялась.

— Да, в который раз все наши усилия пропали даром. А я ведь исправно платила все налоги.

— Сожалеть о пенсии в наших условиях, когда всему миру конец? — Ухмыльнулся Александр. — Зато кредиты отдавать не надо.

Тимофей загремел инструментом, перебирая подходящий. Нашел пассатижи и показал деду.

— Этим можно? — спросил он.

— Пробуй. — Посоветовал дед.

Внук сел на пол, обняв банку ногами, и попробовал открыть. Захрустело стекло под его усилиями.

— Аккуратнее, ты же не хочешь, чтобы внутрь тебя попали стекла. Хватай краешек крышки и загибай вверх.

Тимофей неловко прихватил край, держа пассатижи двумя руками, и приподнял крышку.

— Получилось. — Обрадовался он. — Я же могу налить себе через эту дырочку?

— Можешь, но лучше открыть крышку полностью или сделать в ней дополнительное отверстие, чтобы наливалось ровной струйкой. — Матвей взял банку и налил из нее компот в кружку внука.

Компот наливался дергано, конвульсиями. Матвей пробил крышку отверткой и продемонстрировал разницу. Жидкость теперь вытекала ровно.

— Понял принцип? — Спросил Матвей у внука.

— Да, кажется. — Неуверенно ответил Тимофей.

— Ладно, Мария Алексеевна объяснит тебе правильнее, у нее опыта побольше в обучении балбесов. — Матвей Леонидович усмехнулся. — Кому компот?

— Разливай всем. — Посоветовал Александр. — У меня самый большой расход калорий, так что мне положено двойная норма.

— Ох уже эти льготники. — Матвей разлил всем компот из ранеток по кружкам. — Пейте.

Снаружи донеслись раскаты грома, от которых затряслись стены. Природа никак не могла успокоиться и лютовала, запугивая выживших людей, ютящихся по подземельям. Время для них шло странно, оно как будто размазалось из-за однообразия. Сложно было сказать, событие произошло час или день назад, если не смотреть на часы. Восприятие сделалось субъективным, ничего не имеющим общего с действительностью.

Дождь не утихал два дня. Гром перекатывался по всему небу, вытряхивая из туч кубические километры избыточной влаги. А потом налетел ветер и принялся хлопать отрывающимися листами железа. Неприятный пугающий звук вызывал раздражение. От него невозможно было спрятаться. Матвей не выдержал экзекуции и закрыл внутреннюю дверь в погреб. Стало легче, но только на время.