— А что с ним? — спросил дежурный ОВО.
— У него на спине написано «Росгвардия».
— 305-тый, Казанке, — вызвали нас.
— Проехать посмотреть? — догадался Лаечко.
— Только аккуратно. И позвони мне сейчас, — распорядился дежурный ОВО.
— Да? — произнёс Лаечко, когда набрал дежурного, поставив телефон на громкую связь.
— Сейчас проедешь, действуй как на тревожной кнопке. Третий у тебя без оружия, оставь его на рации, сам с водителем вверх, — инструктировал нас капитан Мельников.
— Да он уснул там просто, зумеры совсем службу нести не могут, — попытался сбросить градус тревоги наш старший.
— Я тебе говорю, действуй как по нажатию тревожной кнопки. Туда Гусев выдвинулся.
Повисло секундное молчание.
— Понял, — вздохнул Лаечко и повесил трубку.
— Что там? — спросил у него Дима.
— Гусев… — проговорил старший, словно это всё объясняло. — Экипаж, слушай мою команду: экипироваться. Во время прибытия Слава на рации, мы с тобой, Дима, прикрывая друг друга, заходим в подъезд.
— Как работаем? — уточнил Дима.
— Как на учениях… — прозвенел металл в голосе Лаечко.
Подъезжая к объекту, я подал Лаечко каску и броню. Потом тот дождался сигнала от водителя и, придержав руль на прямой дороге, дал Диме экипироваться тоже. Последним оделся я.
Двор квартиры на Лыткина, 2, встретил нас заставленными машинами, и это вызывало у меня контраст с 90-тыми, когда дворы были пустынны и машины хранили в гаражах, опасаясь краж и бытовых хулиганств с имуществом. Кто бы ни был нынешний президент, пока что я видел от его управления страной только плюсы. Машины иностранные повсюду — это означает, что люди стали жить лучше. С другой стороны, гаражей нигде нет, кроме стационарных, хотя они и не нужны особо, ведь у всех сигнализации.
— Управленческой машины не видно, — выдохнул Дима.
— Это ещё ничего не значит. Ставь полубоком, блокируй проезд. Ты первым номером идёшь в подъезд, я вторым, расстояние десять метров.
— Мои какие действия? — спросил я.
— Быть на рации, делать вид, что прячешься за машиной, держать связь со мной и с отделом.
Сказано — сделано. Наша машина встала полубоком, проехав в арочку, так чтобы я видел и арку, и подъезд. И, выйдя из салона, я встал на место старшего, взяв тангенту рации, вытащив её из машины. Подъезд располагался совсем близко к нам. Юридически перед нами было два разных адреса, но советские строители построили так, что казалось, что это один дом изогнулся зигзагом.
Старший и водитель высыпали из авто. Водитель тут же побежал к стене дома и встал под окнами, а Лаечко быстро отошёл в сторону детской площадки, присев за машинами. У обоих оружие было приведено в состояние боевой готовности.