В битве при Ельце и осаде города участия Федор не принимал, и это осложняло дело.

Рассказы его о татарском нашествии восприняты воеводой Беловым были холодно.

Он войска посылать наотрез отказался, сказал… Как татары придут, мы их здесь бить и будем. Здесь сила елецкая нужна, дома. А то, с одной стороны татары, с другой — царские войска, с третьей разбойники.

И главное. Что по поводу татар царь Дмитрий думает, неясно. Приказа нет — сидим, ждем.

В общем, отказался помогать, но и по первому делу, в поруб не посадил. Отпустил дальше на север идти.

Отправился Федор в Рязань.

Дорога долгая, земля разбойничья. Опасно на дорогах, что и не знаешь кого бояться сильнее — волков или людей. Коня одного потерял. За что прощение моего просил. Кафтан пришлось продать, обменять на еду и пороха припас.

Добрался кое-как до Рязани.

С божией помощью.

Ляпунова там не было. Ждал три дня. Наконец-то удалось пробиться, встретиться с воеводой. Он в разъездах был, окрест. Силы сам собирал, людей верных рассылал. На востоке приходилось с разбойниками разбираться. Лесовчики там лиходействовали, хотя сам их матерый лидер где-то на севере за Москвой находился. Но, отряды там какие-то оставались. То ли недобитки, то ли выдающие себя за них, а по факту разбойники. На севере давило на Рязань воинство князя Пожарского. Не давал он спокойно переписку вести с Калугой. Связь налаживать со всем югом Руси, где людей как раз и объединять нужно было.

Не нравилось Дмитрию Михайловичу, что за царя Дмитрия Ляпунов перешел, и он ему противодействовал как мог. Сил у него было немного, но вредил изрядно.

Вот и в делах был Рязанский воевода.

Но, выслушал Федора. По старому знакомству.

Правда, толку-то особо от этого и не было. Про татар Прокопий сказал, что мол… Ну а что? Мы пока здесь войско соберем, пока двинем, Воронеж твой падет уже. Да и Елец. Это к Туле только идти, там их ждать. А как идти, коли земли все бандитами полнятся? И царские войска проходу не дают. Мы татар бить пойдем, а они нас и что получится?

Ничего хорошего.

Просил Федор у него хоть какой-то помощи. Хоть малейшей. Письма писать хоть Дмитрию, хоть куда. Людей собирать. Старую службу свою вспомнить просил. Кланялся в ноги. Ну и толкового ничего в ответ так ничего и не получил. Письмо одно ему уже после писарь вручил. Что мол людей воевода Рязанский, Прокопий Ляпунов призывает собираться, татарам отпор давать.

И толку с этой бумаги?

А войско, ну… Как соберет, так может быть, когда-нибудь…

— Ясно. — Проговорил я, дослушав Федора. — В политику человек заигрался. Ему до земли Русской дела, вижу, нет. Все о троне думает, о власти. Эх…