— Можете. Вот этот господин желает проверить состояние своего счёта и поместить на него некую сумму денег.
Клерк тут же посерьёзнел:
— Могу я увидеть ваше удостоверение личности?
Терентьев добыл из кармана книжицу и подал её в окошко:
— Пожалуйста.
Клерк едва заметно скривился, оценив состояние документа, но вслух ничего не сказал. Даже профессиональная улыбка сохранилась такой же лучезарной. Он тут же сделал несколько пассов, вызвав золотистую голограмму — или магограмму — волчьей головы.
— Ваши документы в порядке, — прокомментировал он свои действия. — Теперь давайте посмотрим картотеку. Возможно, придётся немного подождать: у нас довольно старое и, к тому же, шумное оборудование. Вот в Волчанских отделениях всё работает намного быстрее и тише.
Разговаривая, клерк наколотил на громыхающей клавиатуре данные Терентьева. Где-то внизу, в недрах заокошечного пространства, зажужжало, защёлкало, а через пару минут загрохотало. Да так, будто там, под клерковым столом, кто-то палил из пулемёта длинными очередями. Ивану стоило больших усилий не броситься ничком на пол.
Пулемёт отстрелялся. Молодой человек подал в окошко небольшую картонку, на которой честь по чести было напечатано:
Терентьев Иван Силантьевич
Год рождения 1985
Социальный статус: Помещик
Остаток средств: 32 рубля 38 копеек.
С годом рождения Иван был согласен. С именем и статусом — тоже. А вот с остатком согласиться никак не мог. Он задумчиво поскрёб темечко, после чего вновь нагнулся к окошку, к ожидающему новых вопросов клерку.
— Скажите пожалуйста, а оплата за военную службу, она ведь поступает на счет в княжеском банке?
— У господина Терентьева контузия, — прибавила Маша, и он не всё помнит.
— Конечно! — воскликнул клерк. — Вся сумма жалования, без исключения, зачисляется на счёт, чтобы в случае гибели бойца деньгами могли воспользоваться родственники: родители, к примеру, или супруга.
Терентьев завис: какая ещё супруга? Откуда? Только этого ему не хватало! Пока он переваривал новую информацию, Маша нагнулась к окошку:
— Скажите, а можно получить информацию, скажем, о последних десяти операциях по счёту?
— Можно. Но за сведения о каждой операции придется заплатить по пятьдесят копеек.
Маша глянула на Ивана, всё ещё не отошедшего от известий о гипотетической жене. Решила, что пять рублей у него найдётся. А если нет, она сама заплатит. Невелика плата за спасение жизни. И, как итог всех размышлений, кивнула клерку:
— Делайте.
За окошком, под стойкой, снова загрохотало. На этот раз долбило втрое дольше, и картонка была размерами поболее.