Артели даже наладили выпуск новой продукции, например, сантехники. За образцы взяли новую, поставленную Эвансом, и по ее подобию начали свое производство. И это сейчас у товарища Козлова «золотой» обменный фонд. Все это, восстановленное и вновь произведенное, является нашим местным ресурсом, который у нас сейчас в избытке, и он меняет его на другое, дефицитное в Сталинграде.

И привезенное в Сталинград старое обмундирование, и обувь артели быстро довели до нужных кондиций.

Закончив говорить, я еще раз подумал и не очень уверенно добавил:

— Вроде как все, что хотел сказать по этому поводу. Но надо бы услышать все-таки товарища Никольского.

В этот момент боковым зрением я увидел, как из-за крайнего левого коровника показался человек. И в тот же миг старуха вышла из будки и как-то торжественно провозгласила:

— Михаил Николаевич идет.

Главный ветеринарный врач Опытной станции был для меня личностью легендарной. Я много о нем слышал, но познакомиться нам до сих пор не удавалось.

22 июня 1941 года ему исполнилось шестьдесят пять лет. Только возраст спас его в тридцать седьмом от ареста. Он уже год как не работал, и НКВД по этой причине старого ветеринара сначала решили не трогать. А когда все-таки пришли, они с женой, которая была тоже ветеринаром и на год моложе, успели уехать куда-то в Сибирь. Это в общем-то была достаточно распространенная ситуация. Человек вдруг переставал считаться врагом народа, если успевал сменить место жительства.

В поселок Опытной станции Никольские неожиданно вернулись весной сорок первого. Оказалось, что все это время они спокойно жили у дочери в Якутии, до того момента, когда зятя перед самой войной призвали в армию. Дочь, чтобы не оставаться одной с маленькими детьми, десяти и двенадцати лет, решила перебраться к старшей сестре в пригород Алма-Аты, где они с мужем жили в своем доме. Муж был машинистом на железной дороге и с началом войны начал возить военные эшелоны. На одном из таких эшелонов он сумел вывезти из уже горящего Сталинграда тестя с тещей.

Обратно они вернулись благодаря Анне Николаевне. Она знала адрес старшей дочери и в начале сорок четвертого сумела сагитировать Никольских вернуться. Они, несмотря на возраст, были полны сил, а самое главное, хотели работать.

У нас тогда намечался небольшой кризис. Вот-вот должны были начать приезжать американские коровы и свиньи, а полноценной ветеринарной службы на Опытной станции не было. В области была просто жуткая нехватка специалистов, и не было никакой возможности их откуда-то привлечь или на крайний случай на месте кого-то подготовить по какой-нибудь ускоренной программе.