Вновь ударили электрические разряды, моментально свело мышцы, и рывок пропал втуне, но я жал и жал, стремясь уже не раздвинуть прутья, а перебороть бездушную машину, перегрузить генератор и вызвать замыкание. Добился в итоге лишь ожогов.

— А вы и в самом деле упрямый, — услышал я сквозь звон в ушах, когда обмяк на полу.

Адриано Тачини поднялся со стула, посмотрел на часы и прошелся от стены к стене.

— Эту вашу черту характера мы учли, — произнес архитектор без малейшего злорадства. — Это не генератор, — указал он на прибор в углу, — это трансформатор. А напряжение идет непосредственно из городской сети. Даже вам не пересилить электростанцию, поэтому успокойтесь. Или мне придется принять меры.

— И какие же? — хрипло выдохнул я, с ненавистью глядя на мучителя.

— Подам напряжение на вбитые в пол электроды, — спокойно ответил Тачини. — Да-да, это не простые гвозди. Уверяю, вам это не понравится.

— Зачем это все? — страдальчески сморщился я.

— А ведь действительно, — улыбнулся Адриано, — пора ввести вас в курс дела.

— Да неужели?

— О да! Понадобится полная ваша отдача, — с серьезным видом объявил архитектор, вновь опустился на стул и закинул ногу на ногу. — Мне советовали использовать вас втемную до самого конца, но, если я что-то понимаю в людях, это не сработает. Сыграем в открытую.

— Советовал — кто?

Адриано Тачини пропустил этот вопрос мимо ушей.

— Как вы уже знаете, у нас с женой никак не получается завести детей, — сообщил он.

Я оскалился:

— Некоторым людям детей лучше не иметь вовсе!

Архитектор вздрогнул и потянулся к трансформатору, но пересилил себя и предупредил:

— Еще одно подобное высказывание — и, клянусь, вы пожалеете. Бесплодна моя жена, а не я. Это лежит на ней тяжким грузом.

— Сейчас расплачусь, — усмехнулся я, не вняв предупреждению, но Адриано подначку проигнорировал.

— Я потратил несколько лет и половину состояния, — произнес он, сверля взглядом стену, — чтобы вылечить Белинду от бесплодия, но светила медицины не смогли помочь. Как не смогли добиться результата народные целители. Помочь могло лишь чудо, и я обратился к религии.

— Мракобес! — отозвался я.

Архитектор досадливо поморщился, но и только.

— Нас ждала неудача. Чудес осталось в мире не так уж и много, наука повсеместно вытеснила магию, а нынешние волшебники умеют лишь калечить. И я обратил свое внимание на Индию, страну, далекую от цивилизации, еще не утратившую своей самобытности. Там я гостил у маркиза Монтегю. Вы уже знаете эту историю, ведь так?

Я кивнул.

— Туги убили жениха его дочери, не пощадили никого, и маркиз арестовал множество почитателей Кали. Я упросил Джорджа позволить мне расспросить их о богине, он пообещал помочь с этим после окончания следствия. Он дал слово чести и не сдержал его! Это он во всем виноват! — Адриано Тачини вскочил со стула, ослабил галстук и расстегнул ворот сорочки. — А знаете почему? Одна из служанок убедила его дочь, что та — аватар, земное воплощение самой Кали. Какой скандал! Маркиз перепугался и велел повесить всех без разбору. Я пытался протестовать, он написал на меня донос. И вот чем это все обернулось…