— Эта версия нравится мне больше.
— Как скажете.
— Не уезжайте из города, — потребовал начальник полиции, оценил мой кислый вид и дружелюбно похлопал по плечу. — По крайней мере, до тех пор, пока не подпишете свидетельские показания. Мне бы не хотелось привлекать к делу этих… — он поморщился, — изнеженных господ.
Труп погрузили на носилки и унесли, в подвал спустились двое подсобных работников с ведрами и лентяйками.
— Ждем вас завтра в управлении, — предупредил меня детектив в штатском, — в любое удобное время. Адрес знаете?
— Найду, — рассеянно ответил я, наблюдая за тем, как вылитая на пол вода смывает кровь и бурым потоком стекает к лестнице. Не в дальний конец коридора, куда тянулся кровавый след, а в противоположном направлении.
Закон всемирного тяготения неизменен — жидкость течет под уклон и никак иначе. Иначе — только если в естественные законы природы вмешивается нечто потустороннее.
Неужели медиум и в самом деле вызвал дух Максвелла? Но зачем тогда перерезал себе глотку? И почему столь странно повела себя Лилиана?
Ответов на эти вопросы у меня не было, но я уже знал, что приложу все усилия, чтобы их получить. Кровь медиума, когда он покончил с собой, утекла вглубь подвала, вода же сейчас текла в противоположном направлении. С этим пугающим обстоятельством следовало разобраться. И разобраться без промедления.
К тому времени, когда меня отпустили, прием еще продолжался, но без былого размаха. Не спасло ситуацию даже появление Шаляпина и Карузо. Публика перегорела и понемногу расходилась. И поскольку маркиз Монтегю уже увез семейство домой, я со спокойной совестью направился на выход.
— Лео! — окликнул меня подвыпивший Альберт Брандт. — У моей благоверной разыгралась мигрень, так что гуляем!
— Извини, Альберт, появилось срочное дело.
— Амурное?
— Серьезное.
Я быстро распрощался с поэтом и зашагал через парк. Уже стемнело, луны на небосклоне видно не было, и мрак разгоняли лишь отблески уличных фонарей; свет едва-едва пробивался сквозь густую зелень деревьев. Покинув усадьбу, я обошел ее, особое внимание уделяя дырам и расшатанным железным прутьям, затем отправился на поиски открытых в столь поздний час магазинов.
К счастью, курортники имели обыкновение вспоминать о разных нужных мелочах в самый последний момент, поэтому в сезон многие торговые заведения не закрывались до глубокой ночи. В одном из магазинов я купил кожаные перчатки, прочные полуботинки, просторную рубаху и рабочие брюки с множеством накладных карманов — крепкие, но не стеснявшие движений, — все темных расцветок, дабы не бросалось в глаза. В другой лавке взял удобный ранец, компактный электрический фонарь и фомку. Дольше всего искал липкую бумагу для мух, ее нашел уже по дороге домой.