Проснулся до подъёма. Встал, пошёл, умылся и только потом прозвучала команда: «Подъём!» Все сорвались со своих мест и принялись одеваться для построения на зарядку. Зарядка на открытом воздухе бодрила, а когда вернулись в расположение, началось форменное столпотворение. Народа в умывальнике было столько, что образовалась очередь. Хорошо, что встал раньше: почистил зубы, умылся. Осталось только после зарядки обмыть лицо, но это можно сделать и перед завтраком.

День прошёл в зубрёжке. Практически всё время с перерывом на обед сидели в закреплённой за взводом аудитории и учили устав. Замо́к лично, иногда по памяти зачитывал строки общевойскового Устава и все сидели, повторяли за ним. Обладая хорошей памятью, со второго-третьего прочтения я запоминал текст практически дословно. И когда после обеда, ближе к вечеру, все уже устали и откровенно маялись кто чем мог, попал под раздачу. В очередной раз вошёл лейтенант — командир взвода, и надо же было подумать, что именно меня он поднимет проверить усвоенные за это время знания.

Оттарабанил без запинки практически целую главу, лейтенант удивлённо уставился на меня, а потом поставил в пример. Вот такого внимания к своей персоне я не хотел: ещё подумают, что зубрила там или ботаник. Пришлось объяснять, что просто хорошая память и на спор, прочитав пару раз незнакомый текст, его по памяти воспроизвёл.

— Ну, Зелёный, не ожидал! — восхищался Кот. Ему заучивание давалось с большим трудом. При ответе взводному выполз только на логическом складе ума и языку без костей.

— Что поделать, память хорошая, — пожал плечами, будто извиняясь. Не говорить же первому встречному, что память в учреждении развивали с детства, сначала заставляли заучивать стихотворения, потом, когда стали чуть постарше, по определённой методике запоминали множество цифр и несвязанных между собой слов.

— Так это ты, если совсем припрёт и за весь взвод сможешь занятие прогнать, — мечтательно проговорил всё тот же Кот, когда мы после вечерней поверки сидели на лавочке возле жилого корпуса.

— Не надейся, за всех учиться не буду, — ответил, не скрывая раздражения.

— Ладно, ладно. Это я так, к слову. Завтра в наряд по кухне заступаем. Надо у Замка узнать, куда поставят.

— А тебе не всё равно? — не понял в чём разница. У нас были дежурства, но как-то сами распределяли, что кому делать и не гнушались любой работой. Так научили.

— Не скажи. Если тебя поставят в зал накрывать, убирать и прочее, то с непривычки с ног будешь валиться после первой смены. А у нас сколько смен принимает пищу? Правильно — две. И умножь на три приёма пищи. Всего шесть раз тебе надо будет накрыть, убрать, расставить и прочее. А если хлеборезом, то это хорошо, вот только вставать надо будет в три утра. Включать плиты, но зато есть возможность буханку сэкономить.