— Кто такие будете?

— Путники мы неприкаянные, — ответил за всех Рустам. — Замерзшие, уставшие… приюта у вас просим. Открывай ворота, дедуль! — «Пока они еще целые», — пробурчал он себе под нос.

— А откель вы? — Самого деда не было видно, и лишь его голос доносился откуда-то сверху, с вышки.

Рустам взглянул на Чужинова, и тот кивнул: говори.

— Из Мирного. — И добавил уже от себя, предупреждая следующий вопрос: — Во Владивосток идем, родственников решили навестить. Открывай, не бойся.

— Ну ни хрена вы веселые! — принял его слова за чистую монету невидимый охранник. — Это ж сколько вам переть!

— Да нам бы только до Урала добраться: там уже на аэроплане полетим, — подыграл Джиоеву Денис.

— Пахомов, открой, — раздался другой голос, на этот раз молодой и властный. — Видишь же, какие юмористы к нам в гости заявились, прямо «Камеди клаб»!

Чужинов было подумал, что приказ относится к деду на вышке, но ошибся. Буквально сразу же в левой створке ворот открылась небольшая дверца с таким страшным скрипом, что Глеб невольно поморщился: специально, что ли, не смазывают, вместо сигнализации? Через нее они и попали внутрь, чтобы упереться в стволы разномастного оружия, которое держали несколько встречавших их человек.

— А попроще здесь кто-нибудь есть? — Было заметно, что Джиоев злится. — Кто-то из нас похож на тварь? Тогда к чему все это? — И Рустам бесцеремонно отвел в сторону направленное на него ружье, зажатое в руках какого-то невзрачного типа в замызганном армейском бушлате. — Убери свой тромбон [15] , иначе я его сейчас в зад тебе засуну!

— Порядок такой, — примирительно сказал тот, чей голос и приказал открыть калитку в воротах. — И чего нервничать?

Сам он с учетом нынешних времен выглядел респектабельно. Новехонький анорак, лохматая меховая шапка и зимние камуфлированные брюки без единого пятнышка.

Чужинов шагнул вперед, оттеснив Рустама в сторону: чересчур нервным тот стал, наговорит лишнего. Когда-то он знал его совсем другим.

«А вообще Рустам прав: к чему все это представление? Нас заметили издалека, успели хорошенько рассмотреть и сделать выводы».

— Чужинов, — представился он. Конечно, не в расчете на то, что эти люди о нем слышали, обычная дань вежливости. — Идем мы действительно далеко и потому надеемся переночевать у вас в тепле: дальше такой возможности долго не будет.

— Скрябин, — ответно представился тот. — Ну что ж, в такой мелочи мы вам не откажем.

— Попробовали бы, — все еще не мог успокоиться Рустам, не особенно заботясь, что его услышат.

Собеседник Чужинова сделал вид, как будто ничего не произошло.