Уже через три дня, выйдя из поезда, я стоял с объемистым рюкзаком за плечами на железнодорожном вокзале города Орджоникидзе, и отчаянно крутил головой, пытаясь высмотреть высокого усача дядю Гену.

— Юрка ты? Как же ты вырос, наверное, уже скоро меня догонишь. Я тебя в последний раз помню ещё карапузом, ты был мне чуть выше пояса. Если бы твоя мать не высылала мне в письмах твои фотографии, я бы тебя ни за что не узнал.

Я оглянулся и увидел мужчину на вид слегка за сорок. Он был совсем немного выше меня, без усов и с небольшим аккуратным пузиком. Это и есть дядя Гена? А как же высокий жилистый усач из Юркиных воспоминаний? Его что подменили?

— Здрасте, дядя Гена! — Рискнул отозваться я. — А где же ваши усы?

— Ха, ну ты вспомнил про усы! Я их лет пять уже как сбрил. — Облапил и крепко сдавил меня дядька. — Просто я давно у вас не был. Давай-ка пойдём в темпе на остановку, нам ещё на автобусную станцию нужно попасть. Через час пойдёт рейсовый автобус в Цей, и нам надо по любому на него успеть. Он потащил меня через толпу встречающих на автобусную остановку.

Уже через час мы втиснулись в рейсовый автобус до места назначения. Это был видавший виды старый грязно-белый ЛАЗ, который натужно взревел и, чадя черным дымом, отправился от центральной автобусной станции. Мы быстро выехали из города. Я с интересом крутил головой рассматривая горы, покрытые снежными шапками.

— Это Эльбрус, — увидев мой взгляд, на гору похожую на раздвоенный верблюжий горб, пояснил дядя, — видишь у нее как будто две вершины, это самая высокая точка на Кавказе, а вон там, дальше Казбек, он чуть пониже.

— Да, знаю. Есть такие папиросы «Казбек», — охотно подхватил я, — там ещё на пачке изображена эта гора и всадник на коне, только гора на пачке, почему-то совершенно другая.

— Пачка папирос, это не лучший образчик для изучения гор! — Засмеялся дядя. — Сейчас мы с тобой едем в настоящие, а не нарисованные горы. Наша база расположена в Цейском ущелье и со всех сторон окружена горами. Зимой там горнолыжный курорт, люди едут покататься на лыжах со всего Союза. Сейчас снег уже растаял, но и летом там есть на что посмотреть. Сказкий ледник огромный, он длинным языком спускается вниз по долине и не тает даже летом. Мы с тобой к нему обязательно поднимемся, как у меня будет время. Представляешь, внизу жара под тридцать, а там, наверху, лед и вечные снега. Это очень красиво. Там есть работающий подъемник, он идет как раз почти до самого ледника. Можно подняться и выше, но уже ногами.

Я с интересом слушал Юркиного дядю, который увлечённо рассказывал мне о горах, об институтской базе, о местных достопримечательностях. Я бывал в этих местах уже гораздо позже, в году эдак две тысячи пятом. Тогда столица Северной Осетии, бывший Орджоникидзе, уже давно называлась Владикавказом. Мы, с группой спортсменов, там делали летний спортивный лагерь в горах, базируясь на турбазе «Горянка». Тренировались больше двух месяцев, в обязательном порядке делая длинные походы в горы, и облазили тогда всё вокруг. Интересно будет сравнить впечатления из будущего, с тем, как было еще при Союзе.