– Обещаешь? – он взял меня за руки и со всей серьезностью взглянул мне в глаза. – Ты выйдешь за меня замуж?
А раскрыла глаза от удивления и на несколько секунд перестал дышать.
Мне послышалось, или он действительно это спросил?
– Ты выйдешь за меня, Алиса? – с нотками строгости повторил он свой вопрос.
Казалось, что еще чуть-чуть и Айдар начнет мне угрожать.
Меня это позабавило и вывело из ступора.
– Айдар... а ты уверен? – смущенно спросила я.
– Уверен, – его голос был тверд как скала. – Я не успокоюсь, пока не заполучу тебя полностью.
Мне вдруг стало так легко от его слов и предложения.
– Да, – выдохнула я, ни капли не сомневаясь. – Я люблю тебя. Да!
– Мое спасение, – Айдар смял меня в объятьях. – Моя любимая девочка. Я обещаю тебе, что со мной ты будешь самая счастливая.
– Я уже самая счастливая, – ответила я.
Айдар приблизился к моим губам и припал к ним, целуя меня уже не как свою девушку, а как невесту...
Прошел месяц, и я иногда просыпалась по утрам с ощущением, что мне все это приснилось. Что на самом деле не было ни этой затяжной боли, ни той унизительной тревоги, когда я боялась даже открыть глаза, чтобы не подумать об угрозах со стороны общества. Не было и той черной ночи, когда казалось, что вся моя жизнь закончилась.
Но стоило мне перевернуться и прижаться щекой к плечу Айдара, услышать его ровное, сильное дыхание, как я вспоминала: это все правда. Он действительно есть. Он действительно меня любит. А я... я уже никогда не буду прежней.
Сегодня я сидела у большого окна в его доме и сортировала свадебные приглашения. В выходные у нас свадьба. Мы договорились, что не будем делать никакого шумного пира. Во-первых, я не хотела очередной волны сплетен и пересудов: история с видео еще не утихла, хоть Айдар и постарался замять ее настолько, насколько это вообще возможно. Во-вторых, я устала от чужого мнения. Мне хотелось, чтобы этот день был только для нас.
Со стороны Айдара ожидалось несколько его друзей включая Соню и Роберта и пара коллег, которых он уважал. С моей стороны – мама и несколько не очень близких подруг. Те самые «подруги», которые оказались достаточно тактичны, чтобы не участвовать в травле, но при этом и не вмешиваться. Оксаны среди них, разумеется, не было – она уже давно смотрела на меня волком, когда мы случайно встречались в коридорах университета.
Я вернулась к учебе две недели назад. Первый день был самым странным. Я шла по коридору и видела, как люди будто не знают, как себя со мной вести. Кто-то отворачивался, кто-то выжидал, кто-то пытался изображать участие.