— То есть ждём действий гарлов?

— Да. Полагаю, гарлы и сами понимают, что они в не очень хорошем положении находятся, потому и не делают ничего. Разведчики докладывают, что у них за эти дни уже несколько советов вождей прошло. А Лат не любитель попусту языком трепать. И если даже он собирает эти советы, значит, действительно озабочен происходящим. И он обязан что-то делать. Просто так стоять и ничего не предпринимать для него невозможно.

— Я понял. Нам важна победа.

— Нам важно убрать угрозу для герцогства и королевства. И желательно сделать это с наименьшим риском. Мы можем всё проиграть даже сейчас, если допустим ошибку и устроим бой в поле. И проиграем. Повторюсь — гарлы очень серьёзный противник в поле. Наша победа совсем не гарантирована даже при равных силах, а их больше. Представить последствия такого проигрыша предоставляю вам самому. А лучше подготовьте доклад на эту тему. Представьте, что вы собираетесь выступать перед регентским советом и пытаетесь их убедить не атаковать гарлов. Вот ситуация. Они настаивают на открытом бое, вам нужно их убедить так не делать. Найдите и представьте мне аргументы.

— Домашнее задание? — усмехнулся Леодрик. — Хорошо, я подумаю.

Лат своё положение сознавал не хуже герцога Райгонского. И чем больше он думал, тем больше склонен был согласиться с Осмоном. Останавливало его только сомнение в искренности последнего. Хитрый Лис был… слишком хитрым, чтобы вот так соглашаться с ним. С другой стороны, тот имел столько возможностей навредить ему… Да и в каждой сложной ситуации старик постоянно оказывал ему незаметную поддержку. Это сейчас Лату было очевидно. Как часто его удивляло то, что вожди, выступая против него в некоторых вопросах, вдруг меняли мнение и всё-таки поддерживали его. И ещё… Осмон действительно был слишком стар, чтобы реально бросить ему вызов с какой-то надеждой на успех. То есть уничтожить его, Лата, Осмон может. А вот занять его место нет. Но уничтожить его Осмон может и прямо сейчас. Ещё в плюс, чтобы согласиться с предложением старика — у того не было наследников. Два сына Осмона погибли в походах, единственный внук умер в раннем детстве. Была ещё дочь, но та давно уже замужем в соседнем племени и ни на что претендовать не может… Точнее, её дети не могут.

Вот и получалось, что делать что-то надо, а хороших вариантов нет. Отход может поставить крест на объединение гарлов. Но если Осмон говорит, что у него есть план… Надо хвататься. Других вариантов нет.

Лат принял решение и приказал позвать Вальда. Такое лучше всё-таки обсудить с другом перед тем, как принять окончательное решение. И придётся это как-то преподнести вождям. Эти ведь могут и в позу встать и ради сохранения чести готовы будут угробить под стенами Тарлоса всю армию. Только вот Лату не было дела до этой «чести». Ему было важно сохранить единство гарлов. Осмон прав. Или они объединятся — или гарлы останутся исключительно в летописях. Тут вопрос стоял не в сохранении чести, а сохранении гарлов как народа. А вожди в массе своей жили ещё прошлым, когда вокруг гарлов жили такие же разрозненные племена, как они сами. И тут Осмон прав, у него переубедить вождей шансов больше, чем у самого Лата. Для многих вождей Лат, даже после всех побед и завоеваний, всё равно оставался молокососом, у которого молоко на губах не обсохло. Они ж его помнили, когда он ещё под стол пешком ходил… И с этим приходилось считаться. К сожалению, посносить головы всем своим противникам он не мог.