Венус бормотал молитву, запинался и начинал сначала. Хозяин пошевелился, но глаз не открыл.
— Продолжай, — сказал я жрецу.
Бакареш стоял рядом, глядя на трактирщика. Ярик больше не шутил.
Дверь распахнулась. Первым в зал вбежал мальчишка-разносчик, за ним вошли Колем и трое стражников.
— Здесь! — Мальчишка указал на стойку. — Он его ударил!
Сержант обошёл прилавок и присел возле хозяина. Венус потеснился, прижав руки к коленям.
— Я не хотел так сильно.
Колем посмотрел на него, затем снова на трактирщика.
— Давно лежит?
— Несколько минут, — ответил я. — Шевелился, но в себя не пришёл.
Сержант поднялся и велел одному из подчинённых:
— За лекарем. Быстро.
Стражник выбежал. Двое остальных остались у прохода между столами.
— Колем, — начал Шуруп. — Давай объясним…
— Кто ударил?
Венус открыл рот, но ничего не сказал. Сержант ждал, глядя прямо на него.
— Я, — наконец выговорил жрец.
Бакареш шагнул ближе.
— Он с нами.
— Помню.
Колем отступил от стойки, освобождая место своим людям.
— Оружие на стол.
Ярик медленно повернул голову к Бакарешу. Шуруп посмотрел на стражников у прохода.
— Ты знаешь, кто мы, — сказал орк.
— Знаю. Оружие на стол. Все.
— Знаю. Оружие на стол. Все.
Бакареш медленно потянулся к перевязи, но возле стойки вдруг закашлялись.
— Не шевелись, — попросил Венус. — Сейчас полегче станет.
Между его ладонями теплился свет. Сержант повернулся к жрецу, и я наконец выдохнул: хозяин открыл глаза, поморщился и попытался приподнять голову.
— Лежи пока, — сказал я, придерживая его за плечо.
Орк посмотрел на меня, затем на Венуса. Потрогал челюсть и осторожно подвигал ею.
— Ты же меня ударил.
— И помог, — поспешил добавить жрец.
— Отец, — негромко сказал Шуруп, — на этом лучше остановиться.
Хозяин отвёл его светящиеся руки и сел, опершись спиной о стойку. Венус отодвинулся, освобождая место, и виновато поправил рясу.
Колем присел перед трактирщиком.
— Голова кружится? Видишь меня нормально?
— Вижу. И этого тоже, — орк кивнул на жреца.
Сержант поднял два пальца.
— Сколько?
— Два. Я ещё и считать могу. Кто за разбитую кружку заплатит?
Ярик полез в карман. Монету на стойку он положил без единой шутки.
Колем выпрямился. Плечи у него немного опустились, но от прохода он не отошёл.
— Что здесь случилось?
— Выпить ему не дал, — сказал хозяин. — Полез мне пальцем в лицо тыкать. Я руку отвёл, а он…
Венус опустил глаза.
— Я виноват.
Сержант несколько мгновений смотрел на него, потом повернулся к Бакарешу:
— Оружие оставьте при себе. Но идёте со мной. Все четверо.
— Я тоже пойду, — сказал я.
— Тогда и ты. Капитану расскажете, как утро провели.