Потом он делает шаг. Протягивает цветы.
Беру букет. Тяжёлый. Пионы пахнут сладко - летом, мёдом, чем-то детским и родным.
Спасибо. Они красивые.Ты красивая.
Смотрю на него. На лицо - загорелое, скулы острые. На глаза - тёмные, усталые, с красными прожилками. Не спал, точно.
- Тамерлан...
Он не даёт договорить. Шагает вперёд, обнимает. Крепко. Так, что рёбра трещат. Лицо
зарывается в мои волосы, вдыхает.
- Больше не отпущу, - шепчет глухо прямо мне в макушку. - Никуда. Слышишь?
Обнимаю его в ответ. Одной рукой - во второй цветы, но стараюсь прижать как могу.
- Попробуй, - усмехаюсь ему в плечо.
Он прижимает сильнее. На секунду. Две. Три. Потом отстраняется, забирает у меня букет, перекладывает в одну руку, другой берёт чемодан.
Пойдём. Машина на парковке.
Идём молча. Его рука ложится мне на поясницу. Не давит. Просто направляет, ведёт.
Я не возражаю.
На парковке он открывает мне дверь, жестом приглашает сесть. Сажусь. Он ставит чемодан в багажник, кладёт цветы на заднее сиденье, садится за руль.
Заводит двигатель. Включает кондиционер. Прохладный воздух обдувает лицо - блаженство после духоты.
Выезжаем.
Его рука лежит на коробке передач. Я смотрю на неё. На мозоли между большим и
указательным пальцами. На шрам через костяшки - откуда он? Не спрашивала никогда. На крепкие пальцы, которые сжимают рычаг.
Протягиваю свою руку. Накрываю его ладонь.
Он вздрагивает. Поворачивает руку ладонью вверх, переплетает пальцы с моими.
Сжимает. Не больно, но крепко.
Я сжимаю в ответ.
Едем так - держась за руки. Мне так спокойно сейчас, что не пойму зачем тогда уезжала. Как посмела сбежать от него?
За окном проплывают горы. Сады. Поля с виноградниками. Дома белые, низкие.
C черепичными крышами.
Всё уже словно знакомое и родное.
Ты уволилась? - спрашивает он вдруг.
- Не... Нет. Просто взяла отпуск. На месяц.
Да, вот так. Наше "не отпущу" - будет длится лишь месяц.
Вижу как Тамерлан водит напряжёнными плечами.
И вдруг выдыхает:
Спасибо.
За что?
За то, что вернулась.
Не знаю, что ответить. Просто сижу и смотрю на дорогу.
Потому что вернуться к нему, было словно научится дышать. И это я благодарна ему, что он ждал.
Через час подьезжаем не к родительскому дому, а к его - двухэтажному, белому, с огромными окнами.
Он паркуется у входа. Глушит двигатель. Поворачивается ко мне всем телом.
- Будем жить здесь.
Не вопрос. Утверждение.
Раньше бы я, наверное, взбесилась. Сказала бы: «Что он снова всё решил за меня. »
Но сейчас просто киваю, соглашаясь.
- Хорошо.
Он выдыхает. Будто ждал отказа, спора.
С чемоданом и букетом ведет меня к дому. Но не пропускает вперёд. Ставит чемодан у двери, и внезапно подхватывает меня на руки.